Между Сциллой и Харибдой

Уясните это наконец и начните относиться с должным уважением к нему, как к принцу и как к сильному магу.

— Нам нужно подумать, — проскрежетал Бернар.

После чего они вместе с Альбой удалились из гостиной. Надеюсь, за угощением, а то у меня уже горло пересохло от непрерывной болтовни. Какие же они упёртые в своём отношении к Сиятельным. И ведь сами к ним не относятся, а только прислуживают за плату в виде энергии. Так какая разница, чья энергия им скормится?

— Что это за книга, о которой вы говорили, Катарина?

— Думаю, как раз та, что вам нужна.

— Знаете, Катарина, в вас есть что-то неправильное, — неожиданно сказал он.

— Подозреваете, что я не Сиятельная, а только притворяюсь ею? — неловко пошутила я.

— Нет, в этом как раз у меня была возможность убедиться, — усмехнулся Рауль. — Но в вас есть нечто, сильно меня смущающее. У вас проскальзывают странные выражения, источник которых определить не получилось, как я ни пытался. Лёгкое отношение к возможности потерять привилегии своего класса тоже нехарактерно для Сиятельных.

Он замолчал, но мне нечего было ему сказать. Возможно, принц вообще ничего не знал о переселении душ, а меня связывала клятва, перехватывающая горло при мельчайших намёках. Но умному сеньору будет достаточно даже не намёка, а тени от него.

— Любой анализ подтвердит, что я — герцогиня Эрилейская.

Я выразительно посмотрела на Рауля, он смотрел пристально на меня, но, боюсь, в его взгляде было не понимание, а нечто совершенно другое. То, что как раз очень мешает пониманию, потому что любые чувства туманят мозги не хуже крепкого вина. Возможно, это мне только казалось, потому что его взгляд смущал меня саму, и я торопливо добавила:

— После тюрьмы, где я находилась по обвинению в покушении на Теодоро, большая часть памяти оказалась мне недоступной. Многие вещи приходится учить заново, но если я что-то знала, то повторное обучение проходит быстро, словно я «вспоминаю».

— То есть вы совсем никого и ничего не помнили после тюрьмы?

— Нет, почему же… Просто иногда бывало, что я знаю, как зовут человека, но что он из себя представляет — нет. Словно из папки с его описанием вынули все бумажки и теперь мне предстоит вкладывать новые. Свои.

— Свои?..

Горгульи вернулись не вовремя, как это обычно у них бывало.