Оборотень по особым поручениям

Неизвестно, куда завел бы их этот разговор, но Фиона вдруг наивно спросила:

– А это что?

– Нефритовый жезл, – быстро ответил Дэниел, отодвигая сестру подальше.

– А это?

– Пещера наслаждений. Фиона, тебе еще рано смотреть такие картинки!

– Какие картинки? – громыхнул старший мистер Бейнс. Пол под его шагами сотрясался, будто явилась статуя Командора.

Он посмотрел через плечо Дэйва и медленно начал багроветь. Видимо, на глаза ему попалась вовсе уж непристойная гравюра с двумя-тремя самураями и томной барышней в кимоно, каковая барышня пребывает в совершенно невероятной позиции относительно кавалеров.

– Чтобы мои дочери!.. Разглядывали картинки с язычниками?! Да еще и содомитами?! – взревел Бейнс.

Ну, ему не повезло сильнее, чем я полагал. Очевидно, он увидел картинку с… гм… нетрадиционной парой. Ниппонцы, насколько мне известно, относятся к этому совершенно спокойно, да и наша лондонская богема, мягко говоря, не гнушается подобным. Во всяком случае, Дэйв вовсе не выглядел смущенным.

– Мерзость и разврат! – брызгал слюной Бейнс. Его и без того красное лицо сделалось свекольным.

Девушки кинулись врассыпную, а Дэйв вскочил и поспешил отступить.

– Папа, перестань, у тебя снова сделается плохо с сердцем! – увещевала его Эстер, но тщетно.

– Отдайте немедленно, испорченный мальчишка! – Бейнс попытался выхватить книгу у Дэйва, но тот отскочил.

Дальнейшее напоминало сражение взбешенного быка с опытным тореро. Как они не перевернули стол, ума не приложу! Но, должно быть, ярость придавала Бейнсу сил, так что он настиг Маккинби и отобрал книгу.

– Вот где место этой дряни! – прогремел он и швырнул томик в камин, после чего удалился с видом победителя.

Дэйв поправил лацканы пиджака, за которые хватал его Бейнс, тяжело вздохнул и сказал:

– Вот что значит не видеть ничего дальше собственного носа.

С этими словами он вынул из-за пазухи книжку и вручил ее Майе, добавив:

– Я обещал. Только не забудь вернуть.

– Благодарю, – кивнула она, положила томик рядом с чашкой и взяла еще тост.

– Как ты это провернул, черт побери? – поинтересовался Эндрю. Обычно он держался обособленно от других членов семьи, но эта стычка разбила лед.

– Ловкость рук и ничего более, – улыбнулся Дэйв.

– А что тогда горит в камине? – с любопытством спросила Фиона, радуясь тому, что гроза миновала.

– Псалтырь, – коротко ответил он, и я мысленно ему поаплодировал.