Оборотень по особым поручениям

– Успокойтесь, не то с вами сделается удар, – сказала экономка.

Майя отметила, что выглядит она по-прежнему очень довольной. (А Эндрю Уоррен, к слову, так никуда и не уехал, дескать, куда же он денется на ночь глядя, пускай уж заночует, как сказала миссис Донован. Где именно он будет ночевать, она не уточнила.)

– Что случилось? – повторила миссис Донован.

– Мне явился дух Генри Уоррена, – трагическим голосом произнес Бейнс. – Он позвал меня за собой…

– На тот свет? – уточнила экономка.

– Нет, боже упаси! Он сказал – идем со мной, я покажу тебе, где твое сокровище…

– И вы пошли?

– Ну разумеется! Тоби прав, Дэниелу нужно срочное лечение, вот я и…

Бэйби тихо хихикала за спиной у Майи.

– Я поднялся за ним на чердак… – продолжал Бейнс, – и глазам моим предстало премерзкое, богопротивное зрелище! Этот… этот… – он ткнул пальцем в Дэйва, – вытворял с моим сокровищем такое, что и помыслить страшно!

Тут уже и Майя с трудом сдержала улыбку.

– Сокровище не возражало, – вставил Дэйв.

Эстер занавесилась длинными волосами. Правда, стыдно ей явно не было.

– А я-то думала, на чердаке завелись мыши, – хладнокровно произнесла экономка. – Шум, шорох… Молодые люди, что за варварство, чем вас не устраивали кровати?

– Они скрипят! – в один голос произнесли Дэйв и Эстер, и девушка добавила:

– И потом, это так романтично!

– Романтично?! – взвыл Бейнс, багровея. – Теперь тебя никто не возьмет замуж! Умрешь старой девой!

– Нет, точно не девой, – с уверенностью сказал Дэйв.

– А если вдруг ребенок?! Этот негодяй наверняка и не подумал о… о…

– Предохранении, – вставила Бэйби.

– Я подумал, – заверил Маккинби и продемонстрировал небольшой пакетик. – Я всегда об этом думаю. Не готов, знаете ли, внезапно стать отцом.

– Да я тебя за решетку упеку! – еще громче взревел Бейнс.

Любопытно, но попыток схватить негодяя Дэйва и набить ему физиономию он не делал.

– За что? – поразился Маккинби. – За насилие? Так ведь все было по взаимному согласию, правда, Эстер?

– Ага, по взаимному согласию и к обоюдному удовольствию, – откликнулась она. – Ты не переживай так, папа, тебе вредно.

Бейнс от неожиданности поперхнулся и потерял дар речи.