Оборотень по особым поручениям

– Раз решено покончить дело миром, то, думаю, мистер Уоррен может забрать свой саквояж и отправляться восвояси. Без добычи, разумеется. Но… – тут он выдержал паузу, – только после еще одной процедуры.

Майя представила, каково Эндрю стоять под возмущенными, злорадными, недоуменными и сочувственными взглядами, и невольно вздохнула, пожалев его. Воровство и мошенничество, конечно, оправдывать не стоит, но… похоже, другого выхода у него не было. И что он станет делать теперь, без шиллинга в кармане?

Задумавшись, она едва не упустила нить беседы.

Поняла только, что инспектор что-то сообщил присутствующим о покушении на Алекса и о том, что таинственный вор проник в его жилище. Впрочем, все это Майя знала и без полиции.

– Я не собираюсь участвовать в этом! – громогласно вещал Бейнс. – Что за глупости!

– Не глупости, а опознание, – поучительно отвечал инспектор. – Чистой воды формальность. Давайте, господа, надевайте шляпы и стройтесь у стеночки… Миссис Донован, задерните шторы, будьте добры… вот так! Где фонарик? Алекс, где фонарик, я вас спрашиваю?! Мы что, забыли его в управлении?

– Он у вас в кармане, – ответил тот и что-то негромко сказал Эндрю.

Тот только усмехнулся и уставился в стену.

– А что, это даже забавно, – сказал Дэйв и лихо напялил свою шляпу набекрень.

Остальные, недовольно бурча, последовали его примеру. Инспектор включил фонарик и принялся подсвечивать одного за другим, благо в гостиной теперь царил полумрак.

– Точно не мистер Бейнс, – сказал викарий, присмотревшись к Хвалибога, – тот человек был не таким… гм… крупным.

И не мистер Огден, у него нижняя челюсть совсем не той формы и лицо худое. И родинка очень приметная на подбородке, сложно не заметить. Не мистер Маккинби, у него волосы длинные и вьются. Не мистер Уоррен, он вообще светлый.

– Усов у того типа не было? – вспомнил инспектор об отсутствующем Дэниеле.

– Не было, – твердо ответил Браун и добавил застенчиво: – Я, видите ли, увлекался трудами Ломброзо…

«Спасибо, черепа измерять не начал», – подумал я.

Викарий остановился перед Тоби, который набычился, очевидно, не обрадованный затеей с опознанием.

– Это он, – сказал Браун. – Мистер Тобиас Бейнс.

Старший Бейнс издал сдавленный хрип, в котором улавливалось: «Да как вы смеете!» – но назвать клеветником викария не посмел.

– Точно он, – продолжил тот. – Вот точно такой жест я видел, словно он бодает кого-то. И форма подбородка. И… – он принюхался, – одеколон.