Оборотень по особым поручениям

Где бы я ни гулял ночами, но к завтраку возвращался непременно. Роль поверенного требовала аккуратности, ведь кто поверит в профессионализм небритого юриста в измятой рубашке?

И теперь я угодил в силки вежливости, из которых следовало выбираться, пока меня не закабалили.

– Простите, – вздохнул я, сделав символический глоток чая. – Я действительно спешу. В полицию.

– В полицию?! – глаза миссис Вуд вспыхнули, когда она почуяла что-то интересное. – Зачем же? Неужели в доме Уорренов опять…

– Нет, – вздохнул я.

– Мне нужно к инспектору по другому делу.

– Какому же? – еще больше заинтересовалась миссис Вуд.

Я мог себя поздравить: попытка пристроить унылую дочь подруги сразу отошла для моей домохозяйки на второй план.

Взглянув на мисс Хокинз, я невольно вздрогнул. Она смотрела на меня голодными глазами уже второй день некормленого бульдога.

– Увы, произошла кража, – сообщил я, пытаясь изобразить на лице должную степень прискорбия. – Ко мне пробрались воры.

– Что?! – она схватилась за сердце.

– Не может быть!

– Это правда, – развел руками я. – Может быть, вы что-то видели или слышали? Это произошло позавчера ночью. – И, чтобы миссис Вуд не задалась очевидным вопросом, почему я спохватился только сейчас, пояснил: – Инспектор просил раньше времени никому не говорить. Тайна следствия, понимаете?

– О-о-о, – протянула она, восторженно блестя глазами.

Я посмотрел на нее со значением и добавил, понизив голос:

– Уверен, на вас можно положиться в столь щекотливом вопросе!

Немного оправившись от потрясения, она кивнула:

– Разумеется, мистер Нолан! Я буду нема как рыба!

– Спасибо.

Инспектор все еще ищет свидетелей. Но, увы, пока безуспешно.

– Как-то не очень хорошо он ищет, – поджала губы эта достойная дама. – Меня даже не спросил!

– Так вы в самом деле что-то заметили? – заинтересовался я и даже для поддержания разговора взял сэндвич.

Неужели появится повод прижать Тоби?!

– Нет, – она с искренним сожалением покачала головой.

– Знаете, мистер Нолан, я часто страдаю бессонницей, и это неудивительно в моем-то возрасте. Но в ту ночь, как назло, спала как убитая. Вдобавок, вы знаете, я на ночь слушаю радио, так вот даже не выключила его…

Она вздохнула, прощаясь с мечтой быть главной свидетельницей на процессе.

Я знал, да еще как: от ее радиолы в коттедже дрожали стены, дребезжали оконные стекла и сыпалась с полок всякая мелочовка.