Оборотень по особым поручениям

Фиона?

– Ну да, она как ушла с подносом, так и не выходила больше, – припомнила та.

– Тогда просто поступим, как в книжках, – фыркнул Дэйв, с намеком глядя на Эстер. – Итак… Представьте, что я инспектор полиции… ну, как наш бессменный Рассел. И я строго спрашиваю: кто последним видел экономку?

– Мы! – хором ответили девушки. – За завтраком.

– Неправильный ответ. Она понесла завтрак наверх, следовательно, последними ее могли видеть те, кому она его несла! – воздел палец Дэйв. – Правда, гениальное умозаключение?

– О господи, за что мне это? – в который раз повторила Хелен, взявшись за голову.

– Браво, браво! – похлопала Бэйби. – Так пойдем да спросим у них! Пошли?

И вся эта компания, за исключением мистера Бейнса, миссис Фостер и Хелен, устремилась наверх. Даже Майя пошла с нами, хотя я этого и не ожидал. Я вообще был обижен.

Дэйв стукнул в дверь Дэниела, тот что-то ответил, и Маккинби сунулся внутрь. Я разглядел поднос на столике (завтрак был почти не тронут).

– Не он, – сообщил Маккинби.

Тут он сделал еще несколько шагов по коридору и без стука распахнул дверь к Эндрю…

И тут же ее захлопнул, для верности прислонившись к ней спиной.

– Не надо туда заглядывать, – сказал он, выдохнув. Впервые я видел насмешника Дэйва настолько ошарашенным. – Это даже не сюнга. И не «Камасутра», – добавил он, перехватив вопросительный взгляд Майи. – Кстати, а Донован-то еще очень даже ничего! Лишь бы прочие конечности Энди не переломала…

Тут даже до Фионы дошло, в чем там дело (да и звуки доносились весьма недвусмысленные!), и она залилась краской.

– Подумаешь, – только и сказала Бэйби. – Ну, тогда будем искать эти письма обычным способом. Хотя…

Она отпихнула Дэйва и тоже сунулась за дверь.

– Скажите, а миссис Фостер – она кто? Ну, такая симпатичная, лет тридцати пяти, блондинка с родинкой на щеке?

В ответ раздалось краткое определение подобных особ, и Бэйби быстро захлопнула дверь.

– Вот видите, она настоящая любовница. Пойдемте письма искать!

И Бэйби потерла руки.

А вот Майя вела себя как-то странно: она принюхивалась, почти как я. Хотя сейчас я ничего особенного не чуял, так, немного веяло какой-то магией, но, повторюсь, тут половина безделушек с таким фоном! Кажется, Уоррен предпочитал коллекционировать непростые вещицы.

– А где искать? – уточнила Эстер.