Особенности фиктивного брака с крылатым

Тот взвыл от боли, но тут же умолк, беззвучно затрясшись всем телом, стоило ему перехватить взгляд своего мучителя.

— Ты что-то стал слишком забывчивым, — холодно произнес Роман Дмитриевич, брезгливо отряхнув ладонь, будто запачкал ее в чем-то. — Будут записи, или мне продолжить развлекаться?

Распорядитель всхлипнул, баюкая сломанную руку.

— Будут!

Он засеменил впереди, ссутуленный и поникший, а Ярослав и Роман шли по обе стороны от него, как будто строгие конвоиры. Охрану попросили подождать, да та особо и не рвалась составить нам компанию.

А я думала: что увижу на записях? Хочу ли я вновь окунаться во вчерашний день? Разве недостаточно информации о том, что меня увезли куда-то на болота?

Нет, все-таки я должна вспомнить.

В темной комнате с мониторами излишне активный распорядитель принялся бегать вокруг охранника, ответственного за камеры безопасности, и просить поднять вчерашние записи. Тот особо не искал (думаю, к огорчению первого).

— Так вот же они.

— Ну показывайте, — кивнул Ярослав и чуть приобнял меня за талию, как будто почувствовал мое нервное напряжение.

Признаться, рядом с ним было спокойнее.

…Выглядело удручающе. Меня попросту втащили в клетку и бросили как мешок картошки. Я поднялась, держась за прутья, помотала головой и покачнулась, едва не падая. Моя соперница, кикимора, выглядела не только живее, но и кровожаднее. Кажется, ее ситуация полностью устраивала.

Она кинулась на меня, едва дождалась начала боя. Я еле увернулась и вновь чуть не рухнула на пол.

— Ударь ее! Ударь! — скандировала толпа.

Камера отлично передавала звуки. Видимо, где-то в клетке или рядом с ней стояли микрофоны, потому что мы слышали и вопли кикиморы, и мой потухший голос, мои всхлипы и мольбы остановиться.

Кикимора налетела на меня, когти ее впились мне в кожу. Я закричала, попыталась прикрыться руками. Это не выглядело честным боем. Никакое «добровольное согласие» не спасет распорядителя, потому что я умоляла отпустить меня и отказывалась сражаться, пока ведущий разогревал толпу насмешливыми высказываниями.

С каждой секундой боя Яр мрачнел лишь сильнее. Рука его сжимала мою талию все крепче. Он едва сдерживался.

Когда моя соперница попыталась вгрызться мне в шею, я, совсем не соображая, клацнула зубами в ответ. Прокусила ее щеку. Хорошенько так прокусила. Чужая кровь залила мне лицо и одежду. Даже сейчас я ощутила металлический вкус во рту.

— Ах ты!.. — проорала кикимора.

Но на большее я была не способна.