Особенности фиктивного брака с крылатым

Его губы вновь накрыли мои, мешая сосредоточиться, выбивая все слова несогласия из горла.

Теперь я понимала как никогда ясно: мне нельзя оставаться в его квартире, в его жизни. В опасной близости к нему. Нельзя пользоваться его гостеприимством. Нельзя видеть его по утрам.

Потому что та боль, которую он мне принесет, не имеет ничего общего с физической. Она совсем иного толка.

Я уже чувствую, что мне будет больно. Каждым его поцелуем, каждым поглаживанием эта боль распространяется по телу. Снятой неспешно одеждой.

Эта боль повсюду.

Ее слишком много, чтобы вынести в одиночку.

Но чуть позже, когда Ярослав уснет, а я останусь лежать в его постели, во мне окончательно окрепнет желание сбежать. Уйти. Исчезнуть.

Чтобы боли стало хоть капельку меньше.

Сон не принес облегчения. Полузабытье, полудрема, в котором меня преследовали события и эмоции пережитого дня.

Коляска падает с горного обрыва, окровавленное тельце, вокруг которого столпились люди. Энергетическая волна и громкий детский плач.

Тяжелый сон сменяется другим, еще более гнетущим и муторным.

— Ты должна была привести сюда своего ублюдка, где он?

Я вижу женщину с безумным взглядом, от нее пахнет решимостью и желанием защитить самое ценное.

— Думали, я отдам вам своего сына?! — кричит она и решительно режет ножом ладонь, а затем прижимает ее к каменистой земле. Земля вспыхивает ярко-зеленым светом.

— Сестра! Тут запирающая формация, это ловушка.

Откуда у этой полубезумной столько сил на такие мощные чары? Это древнее сильное колдовство, не доступное обычной нечисти.

— Привет-привет, чешуйчатые друзья, не ожидали меня здесь увидеть? — Белокурый подросток. На его лице две ярко красные точки — с такого расстояния не понятно точно, настоящая это кровь или они нарисованы. — Я и сам от себя не ожидал, если честно.

Но из этого света уже не выбраться. Древним чарам можно противопоставить лишь древние чары.

— Сестра, что ты делаешь?

Нож входит в тело легко, словно в масло. Боль в груди почти не мешает.

— Сестра, нет!

Коляска падает с горного обрыва, окровавленное тельце, вокруг которого столпились люди. Энергетическая волна и громкий детский плач.