Тёмные плясуньи

Отвечать девочка не стала: подошла к ней и рывком оттянула юбку на бёдра. Отступила, полюбовалась своей работой и гордо сказала:

- Вот теперь ты хоть статуей замри – всё равно смотреть будут!

Ирина фыркнула, хотя комплимент ей понравился. Вынула из мешочка туфельки, которые взял для неё Лиам. Осторожно, чтобы не стянуть «хвост», надела маску, как и Фрида свою. Чему Ирина удивилась и не выдержала:

- Фрида, а ты-то зачем маску надеваешь? 

- Ну ты и забываха! – укоризненно покачала головой девочка. – Мы в богатый дом едем! А вдруг кому-то из тамошних захочется танцовщицу на ночь оставить? С иными не поспоришь – такие приставучие! А если танцевать в маске – любому сказать можно: лицо, мол, попорчено – смотреть страшно.

- Всё-всё-всё! – засмеялась Ирина, чувствуя к девушке благодарность: Фрида не возмущалась, что приходится напоминать, а лишь удивлялась.

- Девчонки, вы готовы? За нами прислали карету! – вынырнул из темноты Лиам.

В карету заходили так, что Ирина еле удерживалась от смеха и страха: а вдруг поймут, что она отнюдь не здешняя? Особенно напугало, что надо заходить в карету по спущенным ступенькам: всего три штуки, но в туфельках – как?! Как подняться по этим несчастным трём ступенькам? Повезло, что сначала в карету ринулись музыканты. Когда дошла очередь до танцовщиц, из кареты высунулись руки, в которые вцепилась сначала Фрида, а за ней и Ирина.

«С ума сойти! – думала ошарашенная Ирина, трясясь в карете, грохочущей по каменной мостовой. Порадовало, что хоть в карете не темно оказалось: по трясущимся стенам горели небольшие огни – видимо, свечи в светильниках. Не так страшно. – Куда я попала? Во что вляпалась? – В узкое вертикальное окошко на двери кареты мелькали богатые дома с ярко освещёнными окнами. – И зачем меня понесло вместе с ними? И как мне быть, если все поймут, что я не Лирейн?»

На последний вопрос было трудно ответить кому-либо, зато на предпоследний…

- Лиам! – звонко позвала Фрида.

- Нет, не были, - откликнулся парень, сидевший напротив, с барабанщиком и арфистом. – Но ты знаешь про этот дом. Это… - Он помолчал, словно не решаясь выговорить следующие слова. – Это Гнездо Коршуна.

В карете воцарилось мёртвое молчание.