Тёмные плясуньи

Удивлённая, она посмотрела на него. Его глаза оцепенели, созерцая её пальцы. Точней – кольца.

Дворецкий выпрямился и взглянул на пальцы молодого хозяина замка. Он честно пытался скрыть этот взгляд, но не сумел. Бриндан лениво спросил:

- Пилиб, ты хочешь о чём-то спросить?

- Нет, мастер Бриндан… простите, господин Бриндан! 

Сначала Ирине захотелось стукнуть Бриндана, а потом она поняла одну вещь: Бриндан снова заговорил в своей привычной манере. Он пришёл в себя настолько, чтобы выглядеть абсолютно здоровым! А потом тревожно стукнуло сердце: быть ему таким осталось всего-ничего… Сейчас он поедет в замок своего дяди – и там снова будет отдавать силы Маровым болотам.

Когда слуги отошли от стола, Бриндан тихо сказал ей:

- Теперь это твой дом. И, если Католдус будет предъявлять к тебе какие-то претензии, слуги помогут тебе во всём. Я понимаю, что оставляю тебя в этом доме не очень защищённую. Но что сумел сделать – то сделал.

- Спасибо, Бриндан, - благодарно вздохнула Ирина.

Ужин прошёл в молчании, а потом они разошлись по своим апартаментам, чтобы приготовиться к вечеру.

По дороге к замку Коршуна Бриндан должен будет подвезти Ирину в пансионат, где она переоденется. А потом её вместе с Оссией Лиам отвезёт в наёмной карете, прихватив по дороге Фриду, в замок Коршуна. 

Когда Ирина вошла в свою комнату в пансионате, Кернея уже не было, а Оссия собиралась, готовясь к выступлению.

- Как там Бриндан? – спросила она сочувственно.

- Пока держится, - ответила Ирина, подходя к шкафу и разглядывая то, в чём должна ехать.

– Оссия, если ты боишься, может, тебе не ехать?

- Я не боюсь, - заявила рыженькая. – Просто для меня это публичное выступление первое, да ещё с магическим подтекстом. Мне интересно, но и смятение я тоже чувствую.

- Знала бы ты, какое смятение чувствую я! – вырвалось у Ирины. И уже молча показала Оссии руку с кольцами.

- Ух ты… - шёпотом произнесла рыженькая. – И тебе не страшно?

- Страшно, - мрачно сказала Ирина. – Но учти. Если что – я буду драться! И за Бриндана, и за наше счастье! – И хмыкнула.

– Зря нас, что ли, учат драться? Я тёмная плясунья – и за своё счастье сумею постоять! 

В окошко легонько стукнули, и девушки, вдвоём высунувшись в него, упросили Лиама потерпеть, после чего забегали по комнате с новыми силами. Потом вывалились из окна и помчались по известной им садовой тропинке к забору, возле которого их ждала карета.

Глава 19

Оссия в карете примолкла, будто притаилась.