Тёмные плясуньи

Я будто… связан верёвками – и все тянут за эти верёвки, но в разные стороны. Будто разорвать хотят. Это непривычно.

- Я – тоже тяну?

- Я сделал тебя уязвимой. Для меня это…

- Так защити меня! – Она привычным нырком тёмной плясуньи выскользнула из его рук и обернулась к нему. – Сначала ты просто ходил за мной, когда я бегала на занятия с Фридой. Ты с трудом доверился Лиаму, когда разрешил мне ездить без своего присмотра на выступления. Я видела тебя равнодушным, пока ты не рассердился, из-за того что я в перемены сижу в коридоре в одиночестве.

- Когда теряешь… - начал он и замолчал. Склонился к ней и мягко ткнулся лбом в её лоб, а потом легко подсадил её на высокий подоконник. – Мне кажется, если бы ты осталась прежней Лирейн, с которой я постоянно ругался, я бы не сумел противостоять Католдусу. Нет, я бы пытался что-то сделать. Но, думая, что мать… А теперь ты… Лирейн. Ты заставила меня проснуться. Ты сделала то, чего не делала ни одна студентка-плясунья: ты танцевала по ночам, чтобы зарабатывать; ты репетировала с той Фридой, чтобы научиться танцевать и быть мне хорошей парой.

- Как мало надо, чтобы узнать друг друга, - улыбнулась Ирина, когда он потянулся к ней поцеловать её в губы…

Как оказалось, прощаясь на время.

Приехали из пансионата Керней со слугой, и дворецкий прислал к ним других слуг – носить вещи Лирейн в её временные апартаменты. А Бриндан снова, но уже поспешно поцеловал её и побежал готовиться к отъезду в замок дяди.

Несмотря на суету и суматоху, Ирина проводила Бриндана до двора, где ему вывели лошадь. Подходить близко не стала. Разворачивая лошадь, он помахал ей рукой, а она ответила. Глядя вслед ему, она думала: «Поезжай, мой рыцарь, на разведку. Будь спокоен и достойно прими всё, что тебе придётся испытать… - И хмыкнула сама: - Я что-то вдруг даже в мыслях начала думать так, как в исторических любовных романах… Но… Мне это нравится. Нравится думать, что я прекрасная дама Бриндана.

Она бегом вернулась в апартаменты гостевого этажа, удостоверилась, что Оссия и Рок серьёзно о чём-то говорят – что, кажется, надолго. И вошла к себе. Здесь, у сумок, обнаружила слегка обалдевшего Кернея.

- Привет, Керней.

- Здравствуй, - буркнул фамильяр. Поднял на неё глазища.