Триада

— Жалко, что ты три недели назад молчать не научилась! — рявкнула Шура и подхватила страдалицу под руку.

Я встала рядом. Мы обе были выше Алёны. Руками она приобняла нас за шеи. И вот так, в обнимку мы и двинулись. Вроде весила сектантка всего ничего, но по песку идти было тяжело. Зато холод больше не мучил — я аж вспотела от усилий.

Время растеклось по бесконечному звёздному небу и растаяло. Осталась лишь немая холодная пустыня. Безразличный песок норовил заскользить под ногами. Мы несколько раз чуть не упали.

— Я теперь отчётливо чувствую воду! — внезапно обрадовалась она. — Господь не оставил нас в беде и послал спасение!

— Алёна, ять твою бать, лучше молчи! — вызверилась брюнетка. — А не то сейчас точно отправишься на встречу со своим господом!

— Алёнушка, — с упрямством маленького ребёнка поправила блондинка.

Грубиянка набрала в грудь воздуха, чтобы ответить, но я поспешила вмешаться.

— Шур, ты видишь? Правда там оазис?

— Вроде бы вижу.

— Зрение плохое, — честно ответила я.

— Точно. А я думаю, чего твоему образу не хватает? Очков!

— Я не ношу очки, — насупилась я. — Только линзы.

Какое-то время мы шли молча. У меня начало ломить спину, от ходьбы по песку заболели стопы. Я вообще спорт не жаловала. Из своего первого и последнего занятия йогой сделала следующий вывод: докторская колбаса никогда не свернётся в краковскую. Так что я предпочитала проводить время с хорошей книгой или в интересной компании.

— Давайте сделаем привал? — взмолилась я, когда почувствовала, что больше не могу. Сама сейчас упаду.

Стоило Шуре отпустить руку сектантки, как мы обе рухнули в песок.

— Пять минут, — сурово сказала Шура, возвышаясь над нами. — Ибо холодает, а мы вспотели. Не хватало ещё простудиться. Наверняка наш иммунитет не обрадуется встрече с местными бактериями и вирусами.

Песок забился в нос и рот, а сейчас я ещё и с влажных рук не могла его отряхнуть.

Сделала два глубоких вдоха и прикрыла глаза. Нас обязательно спасут! А дальше я попрошу вернуть меня обратно в Москву. Объясню, что произошло недоразумение. Не звери же они, в конце-то концов. Внезапно нахлынуло воспоминание: «Одно из главных условий — вернуться в свой мир вы не сможете, — объяснял пожилой сухопарый маг.