Каменная роса

Старушка, шаркая ногами, торопливо вошла в гридницу и принялась низко кланяться.

– Девка откуда в горнице у любезного гостя взялась? – грозно проговорил Подвиз.

– Так тиун прислал… – старушка замялась, оглядываясь на понуро стоявших сыскарей, – чтоб гостя развлечь. Ну, так она сказала, Забелка эта.

– Тиуна зовите и девку, – щелкнул пальцами Подвиз.

Тонкая нить из паутины лжи все рвалась и рвалась, и конца допросу не было видно.

Тиун Борята, степенный муж с окладистой бородой-лопатой, важно вплыл в гридницу, неспешно раскланялся и застыл, ожидая приказаний хозяина.

– Ты девку к княжичу пристроил? – указал на Ставра Позвиз.

– Я, светлейший, – еще раз поклонился тиун, – как ты велел.

– Я велел? – у Великого поползла вверх бровь.

– Ну да, на пиру, как уходили. Мол, зазноба ему нужна, чтоб занят был, да не вынюхивал здесь ничего. Я ж сразу про Забелу вспомнил, ладная девка.

Подвиз наморщил лоб, пытаясь вспомнить, чего не ляпнешь в угаре хмельного пира.

– Эту девку обыскивали? – указал он сыскарям.

– Ее.

Концы сошлись.

– Все прочь ступайте, – хлопнул в ладоши Подвиз. – И ты, княжич, ступай отдыхать, не держи зла. Сам понимаешь, разобраться нужно было.

– Девку-то оставишь? – насмешливо проговорил Ставр.

– Тешься, – отмахнулся Великий.

Люди стали откланиваться. Забела лебедушкой поплыла, стреляя в молодого княжича очами. Тот ей подмигнул и пошел к выходу. На мгновение взгляды бунчакского князя и вельтской княжны встретились – какой же хитрый огонек опалил Белену.

– О, и ты уж здесь, – наконец приметил Великий Белену.

Это Ставру можно выдохнуть, а для Белены все только начиналось.

Глава VII. Черный человек

– Радуешься? – холодно проговорил Подвиз, разглядывая вельтскую княжну.

– Нет.

– Отчего ж так? – усмехнулись пухлые губы.

Плеснуть настоящими чувствами или лицемерить? От ответа Белены многое сейчас зависело.

– Камень нашего рода пропал, невесть у кого лежит, теперь воротить его домой труднее будет, – дерзко посмотрела она на Великого.

– Так мы, выходит, с тобой союзники по несчастью, – нервно рассмеялся Подвиз. – Тот, кто украл камень, расплатится лютой смертью. Лютой, ибо нанес мне кровную обиду. И я найду его, за то не тревожься.

Он говорил так, словно знал, что Белена воровка, сейчас главное – не сломаться, не выдать себя.