Хозяйка княжеского дома

Мне следовало поискать метлу?

— Мы почти в доме, — приободряю я, но, по-моему, уже больше себя, чем его. — Я думаю… что кружевной шлейф сойдёт за простыню. Сейчас я схожу и постелю.

Будет у меня князь лежать в девчачьих рюшечках. А подол платья, наверное, сгодится вместо одеяла?

Уже легче.

— Нормальное постельное бельё я тоже поищу, — обещаю я, — но, наверное, не сегодня. Скоро ведь темнеть начнёт.

Дело не в темноте как таковой, фонариком я себе как-нибудь подсвечу. Во время дороги я пару раз засыпала, но это не то.

Я по-настоящему устала, не столько физически, сколько морально. И мне нужно лечь, выбросить все проблемы из головы и выспаться.

Иначе я сорвусь.

Пришло же мне на ум сбежать из самых лучших побуждений…

Я даже могла бы оправдаться воображаемым давлением книжного сюжета, сказать, что я превозмогаю судьбу второстепенной героини. Но это такая смешная чушь. Я не знаю, как я попала в мир книги, но это самый настоящий живой мир, а не картонная декорация, существующая под диктат автора.

Проще поверить, что автор не придумала встречу сиротки и князя, а увидела реальную историю и записала.

Кончик шлейфа, снежным сугробом топорщащимся в моих руках, цепляет Даниэля по лицу.

— Извини, я случайно, — выныриваю я из своих размышлений. — А-апчихи!

Диван не мешало бы пропылесосить или как минимум хорошенько выбить, потому что чехол хоть и защитил от грязи, какие-то пылинки-былинки всё равно просочились, но сесть или лечь можно, так что я расстилаю шлейф.

И да, в в ведении домашнего хозяйства я не на много сильнее, чем в уходе за больными.

Размера шлейфа хватает, чтобы сложить вдвое. На одной половине лежать, другой — укрываться. Подол платья приберегу, потому что мне ещё тряпки понадобятся, и нижняя юбка первый кандидат под нож.

Чехлы, как и шторы, не годятся — их стирать не перестирать.

— Чуть-чуть осталось.

Я тащу Даниэля снова за руки, чтобы не возить его головой по камню, снова останавливаюсь и растерянно замираю — а как нам покорить высоту дивана?

За что мне это?

— Давай-ка ты сядешь, — я прижимаю Даниэля спиной к дивану.

— И отдашь мне верхнюю одежду.

С разоблачением мужа я справляюсь относительно быстро: расстёгиваю пуговицы, стягиваю камзол. Жилета, который по идее надевают под камзол, нет. Ну, тут скорее удивляться не отсутствию внутреннего слоя, а тому, что князя всё-таки одели, а не голым притащили.