Искра твоей души

Маг рывком снял кольцо и зажал в пальцах.

— Это малое, что я могу для тебя сделать, Тея.

Перстень точно раскалился в руках Себастиана. Алый жар обратился в яркую синеву. Украшение потерялось в маленьком пламени, но не оплавилось.

— Не бойся, Тея. — Тиан взял меня за руку. — Это кольцо истинной невесты. Оно символ нашего союза и проявит себя в минуту опасности.

Я боялась, что испытаю боль от ожога, но палец охватило морозной свежестью, кольнуло иголочками. Через секунду всё прекратилось, а перстень стал обычной безделушкой с замысловатым узором.

— Скоро рассвет, Тея. — Тиан провёл ладонью по моим волосам, обхватил лицо, заглядывая в глаза. — Я запомню тебя, как лучшее, что у меня было. Моя жена…

— Мы должны пройти до конца. — Я чувствовала, что глаза наполняются слезами. — Я готова.

Стало так невыносимо горько, что я встретила Себастиана только теперь, что не успела узнать его душу.

— Моя искра будет твоей защитой, — прошептал маг, прижимая меня к себе.

На кольце, которое удивительным образом пришлось впору, загорелся символ, а по рукам и плечам потекло тепло. Оно разрасталось, наполняя меня жаром. Поцелуй Тиана я встретила, как самый желанный дар, и раскрылась для него.

Себастиан медленно освободил меня от плаща и рубашки. Уязвимая, я дёрнулась, попытавшись закрыться, но маг немедленно заглушил сомнения лаской и поцелуями. Отступить для меня означало погубить семью. О Тиане я старалась думать, как о муже, которого впервые увидела на свадьбе.

Себастиан стянул рубаху и с себя, а я трясущимися пальцами прикоснулась к следам недавних побоев: синяки, шрамы от порезов и плети, от калёного железа. Весь вечер маг держался прямо и не показывал боли.

— Она человек? — Я вопрошающе посмотрела Тиану в глаза, испытывая страдания, как отголосок переживаний мага.

Я ни на минуту не забывала, что утром меня увезут в особняк герцогини.

Себастиан понял, что я говорю о Клариссе, кривая нервная улыбка исказила лицо.

— Из крови и плоти, — ответил он. — Забудь о ней. Это только наша ночь.

Следующий поцелуй вытянул горечь из моей души, наполнил сладким ожиданием. Мы мягко упали на постель, и Себастиан склонился надо мной.