Преддипломная практика

Надеясь на лучшее, она изредка привычно-машинально почесывала зудящую татуировку.

Глава 10 Путешествие началось.

Убедив-таки Любу в том, что бесовщины нет и уговорив взять нормальную сумку, Итан поправил на плече лямку своего темно-зеленого рюкзака. Быстро оглядев своих спутниц, ласково улыбнулся Пелагее и, распахнув дверь, вышел на улицу.

По-утреннему робкое солнышко ласково пригревало крыши деревенских домов. Лениво переругивающиеся между собой собаки, едва завидев три фигуры, идущие по пыльной дороге между деревянными домами, заливались восторженным лаем.

Опасливо косясь по сторонам, Пелагея прижимала к груди съякса и старалась не только не отставать, но и идти рядом с длинноногим эльфом. Прижимая к животу маленькую кожаную сумочку, Люба поджимала губы и, подозрительно оглядываясь, вела своих спутников к местной автостанции. Ну, как автостанции — небольшому пяточку, возле добротного магазина.

— Пришли, — продолжая озираться по сторонам, сообщила Люба, остановившись чуть подальше от магазина.

— Скоро будет автобус. Он проходящий и долго не будет стоять. Надо подождать, — отчего-то неодобрительно поморщившись, она погладила заветную сумочку.

— Люба! — неожиданно раздался женский голос.

Оглянувшись, Люба плотнее прижала к животу сумку. Сердито прищурившись, она смотрела на приближающуюся очень полную женщину, в цветастом платье с коротким рукавом.

— Куда это ты спозаранку? — подойдя поближе, та жадно разглядывала Любу. — Мне Матрена нынче рассказала, что возле твоего дома сильно гудело и зеленым всё светилось, — понизив голос до шепота, женщина подошла максимально близко к Любе.

— Вот любят у нас языками трепать, — сердито прищурившись, произнесла Люба. — Что там светиться-то может? Да и не гудело ничего. Придумает же глупости, — она неодобрительно покачала головой. — В Хабаровск я еду, — ловко перевела она разговор с щекотливой темы.

— А зачем? Что там делать-то собралась? У тебя ж там нет никого… Погодь! У тебя ж там вроде троюродная сестра мужа оставалась, царствие ему небесное, — глубокомысленно заявила словоохотливая и крайне любопытная женщина.

— А эти с тобой? Не местные точно. Гости, аль родственники? — приоткрыв от любопытства пухлые губы, она пожирала Итана и Пелагею глазами, одновременно умудряясь засыпать Любу вопросами.

— Затем, — коротко отозвалась Люба. — И родственница осталась! Откуда только ты знаешь, — она с досадой поджала губы.