Требуется преподавательница или Боевой маг против!

Схема отражала только основные здания, но мне, в целом, именно это и было нужно. Правда, поражало то, насколько Рошен оказался больше, чем мне казалось. Студенческих общежитий было целых два, боевых полигонов — три, а так же оранжерея и что-то, что на карте казалось загоном для животных.

— Не думала, что академия настолько большая…

— А как же. Основатель всю свою усадьбу под это дело отдал, — библиотекарь произнесла это с такой гордостью, как будто в этом была лично её заслуга.

— Наверно, там была очень интересная и запутанная история, — я вновь задумчиво посмотрела на карту.

— О, не то слово!.. Но об этом я тебе лучше расскажу потом. Вечерком как-нибудь, загляни ко мне в комнатку, я тебе и расскажу.

Женщина начала меня буквально подталкивать к выходу.

— А теперь идём. А то ещё на обед опоздаем, скажешь потом — тётушка Мадлен голодом заморила.

Я лишь улыбнулась в ответ на это ворчание. Определённо, мне уже начинает нравится Рошен.

Мы вышли из библиотеки вместе. Драгоценные бумаги надёжно покоились в сумке, библиотекарь же шла налегке, лишь кутаясь в свою шаль.

И, пожалуй, это имело больше смысла. Но, с другой стороны, она идёт просто подкрепиться, а меня ещё ожидает занятие со студентами.

От библиотеки до столовой было не так уж далеко. Меня, правда, немного поражала местная планировка, но в целом, логику проследить было можно. Удобнее и проще, что столовая отдельным миниатюрным зданием прячется возле учебного корпуса. Потому что, как я подозреваю, завтраки и ужины проходят скорее в общежитиях.

К столовой мы подошли с торца, пришлось обходить. Зато, когда мы достигли крыльца, стало очевидно, почему над входом в библиотеку была надпись. Потому что здание выглядело практически копией, и отличалось лишь той самой надписью «столовая».

Разве что окна как будто отличались, но не могу быть уверена. Не думаю, что много кто обращает внимание на них, когда думает о еде или же о задании, срочно требующем помощи казённых книг.

Внутри отличий было больше.

Как минимум, здесь было разделение на две половины. В первой, куда мы попали практически сразу при входе, толпились и негромко переговаривались студенты. Во второй, куда меня незаметно потянула миссис Эрведи, было значительно тише. А ещё красивее. И столы были со скатертями, и вместо лавок стояли мягкие стулья, да и сами столы были расчитаны на четверых максимум, а не на шестерых, как студенческие.

— Красиво.

— А то ж, — моя провожатая горделиво приосанилась.