Хранительница. Беглые толки.

Я была в растерянности от поведения Глеба и не понимала, о чем они говорят. Именно по этой причине не сразу смогла дать отпор Глебу, пока не услышала следующие его слова:

– Если бы Карина тогда захотела вылечить Марию, то она сейчас не была бы при смерти!

– Что?! – возмущенно воскликнула, останавливаясь и вырывая руку из его захвата. – То есть что значит захотела?! По-твоему, я специально не стала помогать ей? Хочешь сказать, что во всем виновата я? – возмущенно говорила я, тыкая пальцем в грудь Глеба и наступая на него.

– Что...?! – удивился Глеб, но тут же оскалился в недоброй улыбке. – Ну да, девушку, что не может за себя постоять, легче всего обвинить.

– Что?! – пришла моя очередь удивляться.

То есть я сейчас сказала ему, что Мария сама виновата в том, что с ней случилось, а он не верит? Ну, что ж, мое дело предупредить, а его...

– Думай, что хочешь, мне все равно! – заявила я, развернулась и покинула их компанию.

– Карина! – раздался мне вдогонку голос Виктора.

Я не стала останавливаться или хоть как-то реагировать на это. А ведь так и думала, что не стоит обращать внимания на эту парочку. И вообще теперь буду делать вид, что в доме, кроме меня, никого нет. Ну и мохнатого подопытного...

«Черт, из-за этого идиота все хорошее настроение псу под хвост! Как бы это не звучало парадоксально», – сердито думала, спускаясь по лестнице.

– Карина! – вновь позвал меня Виктор, но мне было все равно на него.

Виктор поймал меня за руку и прижал к стене, на что черный волк зарычал, оскалившись вынуждая вздрогнуть не только меня. Виктор, нахмурившись, посмотрел на волка и убрал от меня, следя за реакцией волка.

– Ну, что еще? – воскликнула, смотря на Виктора.

Внутри бушевала целая буря недовольства и очень хотелось ее на кого-нибудь выплеснуть. И у Виктора были все шансы испытать на себе мой гнев. Я даже не обратила, как у Виктора удивленно приподнялись брови.

– Тебе не стоит зацикливаться на поведении Глеба, – вкрадчиво произнес Виктор, введя меня в недоумение. – Сейчас он беспокоится о девушке, которая ему дорога...

– Настолько дорога, что он просыпается в моей постели? – вскинула я вопросительно бровь, слыша недовольный рык.

– Не передергивай, это другое.

– Да? – протянула я удивленно.