Дракокрушение

Больше ничего, ведь рядом болото тоже не благоухало.

Я нервно всплеснула руками и этим резким движением покачнула куст. Собеседники разом повернулись в мою сторону, а я поднялась, выпрямилась и отряхнулась. Моему негодованию не было предела — его я и выразила:

— Пóтом пахло?! А как должно было пахнуть от человека, который по болотам бегал? Королевским парфюмом? Сами-то слышите, что несете? То есть пока ведьма вам услугу оказывала, вы только от запаха пота кривились?

Декан разинула рот, но быстро собралась и завопила:

— Ты подслушивала?!

Однако Сат почему-то зацепился за другое и, указав на меня открытой ладонью, обреченно констатировал:

— Вот! Вы говорили о благодарности? А если моя спасительница такая же наглая и беспринципная, как некоторые ваши студентки, мне такую тоже надо благодарить? И почему та болотная знахарка с меня сразу плату не взяла? Хоть клок волос бы выдрала, чтобы я сейчас так не мучился! Но нет же, она хотела награды посолиднее, потому бросила меня и унеслась за ковеном, который с меня гору золота бы стряс! На вкус ведьмы, лучше пусть больной сдохнет, чем не расплатится, так?

В его логике наблюдались явные провалы, но на фоне постоянной головной боли это простительно.

— Студентка Мартос! — она отчитывала меня истошным воем: — Да как ты смела подслушивать начальство, еще и влезла со своим мнением?!

Но Сат Дикран сильнее переживал не из-за моей невоспитанности, а по поводу собственных тревог.

— Я ведь даже ее присутствия не ощутил. Мне конец, нос окончательно отказал. Я больше не эйр — я какая-то ошибка природы.

Он отмахнулся от нас обеих и пошагал в сторону преподавательского корпуса, а вместе с ним по понятным причинам отдалялся и мой обожаемый кулончик. Госпожа Злотка попыталась утешить Сата звонким криком:

— Не все так плохо, жизнь наладится, господин ректор!

— Она еще и издевается… — отозвался он, не оборачиваясь.

По-моему, это было почти смешно. Наверное, поэтому старая ведьма и захихикала, глядя ему в спину. Мне только теперь стало понятно, насколько наигранной была предыдущая истерика — надо отчитать, вот она и надрывалась. Через пару минут Злотка вспомнила обо мне, вернула на лицо сердитую маску и пригрозила, хотя гораздо спокойнее:

— Не смей болтать о его неприятностях.