Гимназистка. Клановые игры

Принесли соболезнования — и можете быть свободны.

— Кто может быть свободным, решать не вам, Юрий. Это дом Владимира Викентьевича, — не выдержала я. — И хочу напомнить, что вас я уже давно прошу уйти.

— И Ольга Станиславовна вам от дома отказала, Юрий, — неожиданно вспомнила всхлипывающая Оленька.

— Не выдумывайте, барышня, — прошипел Юрий. — С чего бы она мне от дома отказывала?

— С того, что она не хотела, чтобы её втягивали во внутриклановую борьбу. А сейчас вы пытаетесь проделать то же с Лизой. Но мы не дадим этого сделать! Мы её защитим! — воинственно заявила подруга, выставив перед собой руки, сжатые в кулаки.

— Позвольте полюбопытствовать: мы — это кто?

— Хомяковы, разумеется, — уверенно ответила Оленька.

— Позвольте полюбопытствовать, а какое отношение Хомяковы имеют к бывшему члену клана Рысьиных, покинувшему его по недоразумению?

— Хорошенькое недоразумение, — возмутилась уже я. — Княгиня лично объявила, что я клану не нужна, потому что бесполезна, а значит, на меня не стоит терять ни время, ни деньги.

— Фаина Алексеевна уже наверняка раскаялась, что приняла столь опрометчивое решение, отрицательно сказавшееся на репутации клана. Но ты столь изящно дала твоей подруге возможность уклониться от ответа, что я поневоле начинаю подозревать, не собираешься ли ты войти в клан Хомяковых. Это был бы весьма глупый поступок.

— Почему это? — возмутилась Оленька.

— Потому что это было бы оскорбительно для нашего клана. Променять Рысьиных на Хомяковых… — Юрий брезгливо скривил рот.

— Фу — это ваш клан, Юрий, — звенящим от ярости голосом сказала я. — Пока что все его представители, которых я видела, отличаются весьма плохими манерами.

Но моё вмешательство уже ничего не спасло, потому что почти одновременно с моими словами хомяковская перчатка полетела в наглую рысьинскую физиономию.

Глава 9

Боги, Царя храните!

Сильный, державный,

Царствуй на славу, на славу нам!

Царствуй на страх врагам,

Царь двуипостасный!

Боги, Царя храните!

Сразу после исполнения перед началом занятий этого шедевра поэтической и музыкальной мысли классная дама подошла ко мне и препроводила в кабинет главной дамы в этом заведении.