Она пришла с Земли. Клиентка

Даже сама взяла мел и вручила его Лере, сказав:

— Это будет... поучительно.

— Конечно.

Лучше всего было объяснить задачу с помощью алгоритма — наглядно, и никто не оспорит, поэтому начала Лера с простенькой дракон-схемы по трем монетам. Спасибо братьям, загоревшимся программированием, — она столько этих схем в свое время насоставляла, что порой спросонья даже поход в ванную представляла в виде алгоритма.

— Итак, кладем на чаши весов две монеты. Если одна из них легче, то она фальшивая. Если чаши в равновесии, то фальшивка — третья, отложенная, монета.

— Детские каракули, — процедила Ленора. — И зачем это?

— Сейчас всё станет ясно! Увеличим количество монет до девяти... — Повыше Лера изобразила копию первой блок-схемы. — Разделим их на кучки по три монеты и две кучки положим в чаши. Которая чаша легче, в той фальшивка. Если же веса равны, она в отложенной кучке. Таким образом, мы отбираем три монеты и возвращаемся к первой задаче.

— Остаётся лишь повторить предыдущее взвешивание, — раздался вдруг мужской голос.

Лера оглянулась. Мозг еще не успел сообразить, что происходит, а тело уже вжалось в «доску». Нужно было пространство! Воздух! Да просто, чтобы эти орясины не нависали над ней! Полтора десятка орясин! И когда только успели подобраться?! И почему она не услышала?!

— Так что там с сотней монет? — спросил один из одногруппников, если Лера верно запомнила, Ортвин. И судя по голосу, в первый раз тоже говорил он.

Кашлянув, чтобы расслабить горло, она попросила всех отойти на пару шагов и отвернулась к «доске».

— Получается, что сколько бы ни было монет, мы должны сводить решение к трём. Проверим сотню...

Выше она не дотягивалась, поэтому нарисовала три одинаковых схемы слева и принялась вписывать команды сверху вниз, попутно поясняя:

— Сто монет разделим на две кучки по пятьдесят. Можно делить и по-другому, без разницы... Взвесим, определим кучку с фальшивкой, снова делим пополам и взвешиваем.

Не оборачиваясь, Лера скользнула в сторону, где как раз стоял Дилан. Он ее выпустил, а сам, как и прочие, остался рассматривать алгоритм.

— Здорово! — воскликнул кто-то и следом за ним одобрительно загудели остальные.

А вот Шоннери стоял позади всех и молчал.