Академия Печатей

Ещё же нужно успеть добраться до кабинета, не запыхавшись, чтобы не предстать перед мадам Теосой красной и вспотевшей, чего она страшно не любит. Если бы не все эти условности, я бы могла ещё немного потренироваться во дворе. Но лучше так, чем привлекать к себе внимание педантичной учительницы.

Мы встретились с Кристиной у дверей аудитории. На голове подруги красовался тугой каштановый пучок, при виде которого я привычно прыснула, а она произнесла:

— Магия подлизы, та-дам! — подмигнула мне девушка. — Ты тоже, смотрю, подготовилась.

— Расчесалась, — подытожила я, после чего мы вместе вошли в кабинет.

В аудитории мадам Теосы всегда было светло и чисто, пахло луговыми цветами, а все поверхности были глянцевыми и отполированными. Преподавательница следила за каждым нашим шагом и часто шмыгала носом, если ей что-то не нравилось. Будь то стук каблука, некрасиво отбивавшийся о мраморный пол или отпечаток вспотевшей ладони на гладкой столешнице.

Мальчишкам повезло больше. На этот предмет нас разделили на две группы, и, как нам потом рассказывали сокурсники, им достался старый учитель, частенько засыпающий посреди занятия.

Я разместилась в последнем ряду, рядом с Кристиной. Единственный предмет, на котором была согласна сесть как можно дальше от учительского стола. Мадам Теоса находилась уже на месте, одетая в шёлковую блузку лососёвого цвета и строгую юбку-карандаш. Она стояла неподвижно и с выпрямленной спиной, будто статуя, пока аудитория не заполнилась, а студентки не стихли.

— Знаю, вы думаете, что занимаетесь здесь, прошу прощения, глупостями, когда вам впору готовиться к экзамену. Я не имею права раскрывать все карты, лишь скажу, что умение вести себя достойно настоящей леди — пригодится вам в том числе и на предстоящем экзамене.

«Нас что, по этикету тестировать будут?!» — промелькнул в голове вопрос, отразившийся округлившимися глазами и раскрытым ртом на лице.

— Полагаю, пришло время сообщить, что экзамен вы будете проходить в парах со студентами магического факультета, — добавила мадам Теоса, вызвал тем самым волну протестов, пронёсшуюся по аудитории.

Сказать, что меня напугало это известие — ничего не сказать.