Четвёртое Королевство

– Что это значит, Прайс?

– Не знаю, – растерянно пробормотал король Первого Королевства.

– Вот и я не знаю, – припечатал Тэйорг.

– Мальчики, не ссорьтесь, – зазвучал голос, словно звон колокольчика. – Тэй, твоя жена проснулась, ты не представишь нас?

Пришлось показаться. Тэйорг тут же подошел ко мне, встав спиной к венценосным особам Первого Королевства, закрывая меня от них. Взял мои руки в свои, легонько сжал и заглянул в моё лицо, без слов спрашивая: «Как ты?». Я кивнула и слегка улыбнулась: «Я в порядке».

– Райана, позволь представить, – разворачиваясь к хозяевам, произнес Тэйорг, – король Первого Королевства, Его Величество Прайс Нра Рессора и его супруга – королева Первого Королевства, Её Величество Лабия Ван Рессора.

Я кивнула и впала в ступор – а как обращаются друг к другу люди с одинаковым статусом?

Пока я придавалась своим мыслям, королева Первого Королевства изящно поднялась с софы, на которой до этого наблюдала за мужчинами, и поплыла в нашем направлении.

– Я очень рада познакомиться! – прощебетала она.

– Взаимно, – сбитая столку таким дружелюбием, промямлила я.

Прайс Нра Рессора только учтиво кивнул, продолжая хмуриться.

Супруги Рессора словно день и ночь. Она была прекрасна – высокая, стройная, с тонкими и мягкими чертами лица. Если Медея была классической брюнеткой, то Лабия – платиновой блондинкой. Медея как будто впитывала свет, Лабия сияла изнутри. Общее в обоих красотках были цвет глаз и то, что они идеально подходили Тэйоргу.

Прайс был высок, но не выше бывшего друга. Если бы он жил на Земле, я бы назвала его латиноамериканцем: смуглая кожа, квадратное лицо с ярко выраженным подбородком, темные глаза, брови и волосы – жгучая красота. Даже удивительно, что он был водником, ему бы пошел огонь: такой же эмоциональный и яркий.

– Райана, давай присядем. Я попрошу принести нам чая и легкие закуски, – Лабия взяла меня под руки и повела к двум креслам у чайного столика, уютно стоящим у окна.

Пока Лабия организовывала нам чай, о чем-то переговариваясь с молодой драконицей, пришедшей после звонка Лабии в колокольчик, я прислушивалась к разговору мужчин. Они расположились в креслах на противоположном конце комнаты.

– ... Пограничье не может расслабиться. Последние несколько месяцев стало ещё хуже.