ДракоНиЯ тайна

– Для боевиков я… как бы это сказать… трусовата. Опять же, физическая подготовка оставляет желать лучшего…

И в этот момент дверь за моей спиной распахнулась, и аудиторию заполнил уже знакомый мне глас комендантши общежития с функциями гостиницы доньи Мануэлы:

– Дон Игнасио! – возопила она с порога. – Ваши негодники снова нарастили плюща у меня на стенах!

– Я обязательно его весь выполю, – пообещала я.

Но комендантша, казалось, меня не слышала и продолжала:

– …и запаяли дверь в комнату к девочкам!

Комиссия переводила взгляды с меня на донью Мануэлу и обратно.

– Понимаете, я просто очень старалась успеть вовремя… – попыталась я объяснить свой, как выяснилось, непозволительный поступок.

– Поэтому нарастили плющ по стене? – уточнил ректор.

Я обречённо кивнула.

– И потом по этому плющу спустились вниз? – сурово вопросил блондин.

Я снова кивнула.

– А какой этаж? – полюбопытствовал он у комендантши.

– Четвертый, дон Кристобаль! – отчеканила донья Мануэла.

– Говорите, у вас плохая физическая подготовка?.. – задумчиво оглядел меня боевик.

– Так точно! Еле сползла!

– А ещё вы трусоваты…

– Я так боялась… Так боялась… – уверила я.

– А как долго вы выращивали плющ? – поинтересовалась дама в зелёном.

– Как обнаружила, что дверь не открывается. Я же говорила, у меня не очень с людьми отношения складываются, – напомнила я ректору.

Зелёный гадёныш почти сполз под стол от сдерживаемого смеха. Да, с драконами отношения у меня тоже не очень выходят.

– И когда вы обнаружили, что дверь не открывается? – продолжила выспрашивать природница.

– Когда собралась выходить.

– Хм. А вы всё же не рассматриваете вариант природного факультета? – сделала она неожиданное предложение.

– Что вы! Меня же до стихий нельзя допускать! Я же сама настоящее стихийное бедствие! Мне бы в какой-нибудь лаборатории тихо сидеть, в книжках копаться – самое то будет. Чтобы лишний раз никому на глаза не попадаться.

Я была абсолютно искренна в своих словах. Они просто не понимают, каких проблем я предлагаю избежать!

– У вас в метрике указан только официальный опекун, донья Антония Лара. Что вам известно о ваших родителях? – оторвал взгляд от документов ректор.

– Моя мама умерла, когда мне было пять лет. Об отце ничего неизвестно.

Я могла спокойно рассказывать эту историю. Даже если администрация Академии запросит данные о моей матери, это им не поможет.