Шестая жена

Я не способна видеть слезы и боль.

Легкий шорох позади заставил нас с Грегом обернуться. Нас окружали. Пятеро хмурых мужчин с недоброжелательными лицами. В крепких руках направленные на нас арбалеты.

– Тихо! Тихо! – прикрыл меня спиной Олтер. – Леди не хочет зла. Леди пришла вывести вас отсюда.

Они недоверчиво посмотрели на моего ефрейтора. Один – седой, с бельмом на правом глазу – вышел и с подозрением уставился на меня.

– Леди колдунья! – К нам кинулся лисенок, загородил своим детским тельцем.

– Колдунья? – нахмурился седовласый и принюхался. – Так и есть, – повернулся к остальным. – Леди – колдунья!

Остальные опустили оружие, подошли ко мне. Кто-то присвистнул. Из – за камней у стен вышли три женщины и девочка лет пяти.

– Делора Ливьер? – седовласый попытался подойти ко мне поближе, но путь ему преградил Грег с самым недоброжелательным лицом.

Седовласый попытался из-за его широкой спины посмотреть на меня.

– Грег, они не причинят нам зла, – дрожащим от напряжения голосом выдавила я. Хотя уверенности у меня совсем не было. Слишком мрачны были лица осажденных обороток.

Мой страж хмыкнул. Но все же посторонился.

Седовласый подошел, взял меня за руку и галантно поцеловал пальцы. И тут же замер, внюхался. Поднял лицо, всматриваясь в меня.

– Нет, вы не она, – проговорил глухо. – Хотя в ее теле, – и тут же вскинул руку. Следом мужчины вскинули арбалеты. – Кто вы? – сжал сухонькими пальцами мою ладонь.

Тут уж и мой ефрейтор с недоверием покосился на меня. Что я должна была им всем ответить?

– Я пришла с миром!

Вышло пафосно, громко, с эхом по всему своду.

Грег побледнел. Оборотки все разом уставились на меня и отступили на шаг.

– Это долго объяснять, – буркнула я. – У нас мало времени, огненный коридор скоро потухнет.

Слава военной выправке Грега.

– Ефрейтор Олтер, помогите женщинам! – строго приказала я.

– Есть помочь раненым! – козырнул и кинулся к матери лисенка. Помог встать. Буквально на руки подхватил.

– Еще раненые есть? – спросил вскользь и, получив отрицательный ответ, двинулся по коридору.

Пламя гудело, плотной стеной закрывая нас от солдат. Вой стоял невообразимый. Трещали пожираемые языками огня кусты. Мы прошли вдоль скалы под гул пожарища.