Хранители затерянной лагуны

А потому, сейчас позволяется только солнце, свежий воздух и усиленное питание.

– Ну, и хорошая компания, – задорно подмигнув, добавил Вэл. – Олья нам тут корзинку собрала для пикника, собирайся, Леррия.

– А где у нас пикник будет? – Лера по привычке продолжала одеваться в брюки и тунику, поэтому сборы надолго не затянулись. Подхватив удобную курточку из шилюрана, материала очень похожего на мягкую кожу, выбежала в гостиную к Вэлу. – Мне же, вроде, нельзя покидать резиденцию Правителя. По крайней мере, о снятии запрета мне никто не говорил.

– А мы и не будем покидать, и не будем нарушать, – и этот коварный заговорщик, лукаво улыбаясь, наотрез отказался раскрывать планы.

Ваэлмир и Лера, держась за руки, направились по одной из тропинок вглубь красивого сада.

И в это же время, в большом кабинете резиденции собрались Ронариил Горай и приглашенные им Дарнаон Руай (отец Ваэлмира и представитель Совета Старейшин), Мансинар Шайарр (глава клана Ягуаров), Нанриар Саниш (глава клана Барсов).

Правитель окинул напряжённым взглядом всех присутствующих, и заговорил тоном, в общем-то, не предвещавшим благих вестей:

– Из всех новостей, хорошей, пожалуй, можно считать только одну. С неё я и начну, пожалуй, – и, хотя Правитель Ронариил говорил вроде бы о позитивном моменте, пребывал, по-прежнему, с видом хмурым и задумчивым. – Итак, нашей гостье иномирной, маги-лекари провели диагностику, которая показала, что и сила, и резерв продолжают восстанавливаться в хорошем темпе.

– Это действительно радует, маг подобной силы должен, конечно же, оставаться в Варколане, – вступил Мансинар Шайарр, и тут же озадачил вопросом:

– Уже известно, кто пытался навредить Валеррии? Или всё-таки имела место трагическая случайность?

В ожидании ответа взгляды всех присутствующих устремились на Правителя, но тот не спешил отвечать, собираясь с мыслями.

– Да, известно, – видно было, что слова ему давались с трудом, – и вот именно на этом хорошие новости и закончились.

Закончив говорить, Ронариил тягостно вздохнул и уставился перед собой ничего невидящим взглядом. В кабинете повисла тягостная пауза, которую никто не решался прервать.