Ученье — свет, а богов тьма

Ирлик стоит в нескольких шагах, довольно созерцая результат своего вмешательства. Азамат успокоил Гхана и детей и отогнал их в сторонку от нас и от бога.

— Что теперь? — спрашиваю я Ирлика и Алтошу.

Ирлик жестом передаёт слово духовнику.

— Её мы заберем с собой, — решительно говорит тот. — Я попытаюсь найти ей учителя. Начну с Ажгдийдимидина, но это вряд ли... Надеюсь, хоть в провинции её кто-нибудь возьмёт. В любом случае пока что учиться ей рано.

Я облегченно вздыхаю. Этот квест пройден. Хлопаю его по спине и топаю к мужу, который покачивает на руках сонного и сердитого ребёнка.

— Как Алэк? — спрашиваю тут же.

— Нормально, — озадаченно отвечает Азамат. — А что?

— Его Учок погладил по голове, — с содроганием поясняю я. — Что это значит, вообще?

— Благословил, — раздаётся за спиной голос Ирлика.

— С чего вдруг? — хмурюсь я.

— Тебе хотел приятное сделать, — хитро подмигивает Ирлик, подойдя к нам.

— Мне приятное? — щурюсь я. — Это с какого перепугу?

— Любит самоотверженных, — поясняет Ирлик.

— Ты ради какой-то чужой безродной девочки вызвала страшного бога, да ещё отдала ему свою работу — это немалого стоит.

— А почему ты мне этого заранее не сказал? — елейным голосом интересуюсь я. — Я там чуть не рехнулась от страха!

— Вот именно. Он любит, когда боятся. Если бы корысть почуял, ни за что бы не благословил, — скалится Ирлик.

— Да мне как бы оно и не очень нужно было, — ворчу я.

— Зато мне нужно, — щерится Ирлик ещё шире.

— Тебе-то зачем? — удивляюсь я.

— А затем, что я его обдурил! — весело сообщает Ирлик и принимается хохотать.

— Он со мной поспорил, что ни за какую хурму не благословит нового князя, потому что я уже благословил. Но он тебя не узнал, потому что не умеет думать по-человечески. Не могло ему в голову прийти, что Хотон-хон будет просить за чужого ребёнка. В итоге он мне проспорил, да ещё ты теперь вышивку должна! Ну я ли не красавец?

Я вынуждена признать, что да, действительно красавец.

— Ирлик-хон, — осторожно спрашивает Азамат. — А вы не знаете случайно, кто Лизе прислал чёрные нитки для гобелена?

— Знаю, как не знать! — покатывается Ирлик, сверкая золотыми зубами.

— Один знакомый горец!

— Ладно, ты мне вот что скажи, интриган, — говорю я, чувствуя, как наваливается усталость. — С Алэком и с Айшей всё будет хорошо?

— Обижаешь, Хотон-хон! Конечно! — заверяет меня Ирлик. — Я когда одно делаю, другого не порчу.

— Ну слава тебе яйца... э-э... драконьи, — заключаю я. — Можем спокойно лететь домой.