Разыскиваем маму. Срочно. Том 1

И очень хорошо, что вы все перевели тогда на улице в шутку, иначе бы детишкам досталось. Приятно иметь дело с адекватными существами, чей разум не затуманен страхом, госпожа Кира, — заметил Соломон и, кажется, улыбнулся.

Улыбающийся кот? Да нет, показалось. Или?.. Показалось, у котов не настолько уж и выразительная мордашка, навряд ли коты, пусть и говорящие, способны выражать сильные эмоции очень явно.

— Благодарю за комплимент, — вежливо ответила я.

— Да я истину озвучил, комплименты я буду говорить, когда мне от вас что-то понадобится.

— Есть! — тут же встрепенулась я, даже руку захотелось поднять вверх как примерной ученице. — А закон работает и на таких маленьких детях, как племянники Дитриха? Они ведь могут банально испугаться, разве нет?

Плюс ко всему, мне уже рассказали, как однажды племяннички прибили нападавших на них людей. И очень интересно, то ли закон все-таки учитывал, что маги — всего лишь дети, то ли у Дитриха была возможность этот самый закон обойти.

— Да, конечно же! И поэтому дети в любой момент могут ответить обидчикам так, как посчитают нужным. По крайней мере, до двенадцати лет нет никакой ответственности, да и вообще серьезные наказания могут применять лишь с шестнадцати. Но сами родители — маги или простые люди — обычно очень придирчивы, потому что отсутствие строгости может породить вседозволенность. Дитрих, мне кажется, излишне строг в этом плане, ведь Алекс, Эва и Амелия — одни из самых сильных будущих магов империи.

— А это не опасно? — спросила я, чуть откидываясь на спинку сиденья — эта карета была не такой удобной как предыдущая.

Каждую кочку я не чувствовала, но спина начинала немного ныть от постоянного потряхивания.

— Нет, конечно, родители же не наказывают детей как-то жестоко. Тем более, Дитрих. Он души не чает в своих племянниках, как это может быть опасно? — Соломон говорил размеренно, но я ощущала, как все в нем бурлит от возмущения.

И зря. Потому что я спрашивала о другом.

— Я не об этом. Не опасно ли ругать детей за это? Ведь может так случиться, что боясь нотаций родителей или опекунов, они не станут себя защищать в критический момент?

Да-а, все-таки я ошиблась. Удивление милая кошачья морда способна была выразить от и до. Еще и у Двена, сидевшего напротив, глаза округлились.

— Никогда об этом не задумывался, — честно ответил Соломон. — Лучше у Дитриха спросить.