Жена Болотного царя

Воздух звенел от жужжания насекомых, непуганые птицы в горячке охоты проносились совсем рядом, почти задевая упругим крылом плечо или щеку. Высокая трава волновалась под легкими порывами теплого ветра, шуршала и шевелилась, словно живая. Слева от нас, маня тенью, возвышался густой смешанный лес. Справа простиралось зеленое, живое и будто дышащее поле.

Сэнар крепко держал за руку недовольную Агнэ, которой готов был уступить ее самостоятельность на знакомых улицах поселения, но никак не в лесу. Шли они чуть впереди и выглядели премило.

Хорошо.

Осознала я, что выбор одежды был верным, почти сразу, как мы нырнули в шуршащее зеленое море, где трава легко доставала мне до пояса, и окончательно в том утвердилась, когда мы выбрались в редкий пролесок, чтобы без промедлений нырнуть в густой кустарник.

Чудесное это чувство, когда просто идешь и не думаешь о том, что можешь порвать подол платья, зацепившись за ветку, или чулкам может прийти конец, или сама пострадаешь, запутавшись в подъюбниках…

Счастье мое длилось не больше получаса, потом я начала уставать и отставать.

Агнэ несла большую корзину, будто созданную дли пикников, плечо Сэнара оттягивала дорожная сумка, раздувшаяся от богатства своего нутра, мне приходилось нести только себя саму, но как же сложно это оказалось.

В очередной раз обернувшись, чтобы удостовериться, что я не потерялась, Сэнар имел возможность лицезреть мое покрасневшее, перекошенное лицо, неподобающе закатанные рукава, оголяющие руки до локтей, и совсем уж непристойно расшнурованный ворот рубахи.

Я бы и сапожки сняла, и штаны с удовольствием до колен подкатала, благо наказать за подобное было некому, да только поселившийся во мне страх не позволял этого сделать. Слишком яркой была память о ночи моего побега и неведомой твари, живущей в разлившейся по лесу воде.

Эва мой вид не шокировал, сам он выглядел не пристойнее, разве только не такой красный был и силы имел на издевательские улыбки.

— Держись, принцесса, совсем немного осталось.

— Мы в гору идем, — прохрипела я.

— Ты очень наблюдательна.

— Я больше не могу.

Агнэ с Сэнаром переглянулись, и последний постановил:

— Можешь.

Очень так уверенно он это сказал, что ослушаться просто не получилось.