Повелитель для свахи

Я ведь сейчас выгладила так, словно как полчаса из запоя вышла и ещё не успела устранить последствия пребывания нескольких месяцев в компании бутылок и белочек, ежиков, барсуков, и прочих обитателей мира алкогольных галлюцинаций и серых горячек. Я была в несвежей и помятой одежде, с грязной нечесаной головой, с мешками под глазами и устало-помятой мордой. Вдобавок я уже как два дня ванну не принимала и три дня как не меняла одежду.

В Трёхклановке одежда, конечно же, продавалась, но на неё была такая цена, что я дома могла купить себе пару вечерних платье от известных дизайнеров.

- Узнаете, - загадочно ответил демон и попытался, видно, располагающе улыбнуться, что дало противоположный эффект, так как я, увидев этот клыкастый оскал, вскочила и дернулась в сторону.

Мою похожую на побег попытку быстро поймали рукой и предупредили рыком, который не просто намекал на бо-бо, а уже обещал его прямо здесь и сейчас, при свидетелях и камерах:

- Не советую дергаться, идел Стикс.

Да уж! Очень трудный выбор! Прямо непосильно трудный.

- Несите, - выбрала я.

На меня посмотрели с удивлением, затем демоны переглянулись и вновь посмотрели на меня.

Видно, я была первой жертвой похищения, которая решила выбрать халявный вариант, а не плестись пешком.

- Может всё же первый? - с надеждой спросил демон.

Второй, за весь наш диалог не проронил ни слова.

- Нормально? - обижено сложила я руки на груди. - Сперва, предлагаете варианты, а потом не хотите их исполнять. У вас совесть есть?

На меня посмотрели такими взглядами, что совестно явно должно было стать мне, но я и бровью не повела.

Вновь переглянувшись, демон-болтун (как я про себя его прозвала) вздохнул и схватил меня на руки, а я обхватила его шею руками, признательно улыбнулась и проворковала:

- Огромное спасибо.

Моя переноска с обидой на меня глянула, явно сообразив, что я попросту издеваюсь.

Мы пошли к выходу из вокзала и встречные на нас глядели с удивлением, а некто, в частности дамы на шпилькак-ходулях, с завистью. Несколько подростков щелкнули нас на альфоны, возможно, посчитав меня какой-нибудь звездой, уставшей ходить ножками и так своеобразно использующую своих телохранителей.