Дикое Сердце

А ещё замыслил свою жестокую игру на потеху своему непомерному эго, то я бы ещё подумала — а не заистерить ли, как обманутая безмозглая девица? И устроить нечто в духе популярных дамских книг, где подобные ситуации постоянно выстраиваются из воздуха, чтобы очередная ничем непримечательная мисс охала и ахала от неожиданных поворотов. И так томов пять, а то и все восемь.

— Драмы не будет, я тебя понял, — Хисао заметно расслабился и положил на руку Ванессы свою.

— Да, именно. Вместо драмы, я бы предпочла большой горячий.

Девушка схватила Хисао за промежность, а тот сам уже был не против — обернулся к ней и страстно поцеловал.

Но не всем хотелось спать или уподобляться влюблённым парочкам. В общей комнате мужского общежития засиделись допоздна друзья-оборотни, которые натаскали себе вредной солёно-жирной, жареной самим сатаной до хрустящей корочки, пищи, прихватили пару ящиков местного пива (одобренное лично Хигсом, и помещённое под печать «безопасно для студентов»).

Ларри, как самый ответственный и наиболее сильный в магии оборотень, оградил общую комнату эхо-пузырём (технически, это была магия земли, а не воздуха, но не суть важно), чтобы их посиделки не разогнали, и никто соседей не пришёл жаловаться.

Угощение жралось ребятами в промышленном масштабе и запивалось соответствующим количеством «жидкого золота». Но как не старалась троица друзей «нажраться в хлам», ничего не получалось! Ни в одном глазу, хотя на часах давно перевалило за три ночи.

— Я вот думаю... — немного сбивчиво заговорил Дарнэт Винг, вальяжно развалившийся в махровом халате на мягком кресле. Он поочерёдно мигал карими глазами из-за растрепавшейся золотистой чёлки, которая никак не закладывалась за ухо.

— Ты? Думаешь? Хах! — засмеялся Ларри, сидящий рядом на диванчике, закинув ногу на ногу на пуфик. Ванклиф вдруг дёрнулся от резкого приступа икоты, и чуть не свалился со своего удобного лежбища.

— Поделом тебе, злобный волчий сын! Вот Маква — мировой мужик! Всех уважает, а не как ты!

— Это неправда, Ка, — мотнул головой слегка окосевший медведь.

— Макмак... мак... мак-мак... — звучало так, будто Ларри заводит моторную лодку, а не пытается выговорить имя медведя. — Друже, тут почти все в академии достойны...