Ловушка для бабочки, или Чехарда на драконьих нервах

Не успела я сесть за столик, к которому меня проводил поварёнок, а второй уже бухнул поднос с разной снедью, как я услышала:

— Как спалось? — подняв глаза, пару раз моргнула и украдкой осмотрелась.

Они издеваются? Сначала повариха, теперь и ректор. Неужели не понимают, что творят?

— Вы это нарочно? — прошипела, от злости аж кулаки сжались, но мужчина, усаживающийся за мой столик, будто не видел взглядов вокруг.

— Что именно? — спросил он, приподнимая бровь.

— Боже правый, — протянула, — как вы вообще получили эту должность? — вопрос был риторическим, но мужчина ответил.

— Так сложились обстоятельства, — пожал плечами, — я сам не в восторге.

— Оно и видно, — буркнула, понимая, что подруг я тут вряд ли заведу, а вот завистников и врагов будет хоть отбавляй, — вы совершенно ничего не смыслите в психологии подростков.

— Сколько вам лет, Елизавета Алексеевна? — вдруг спросил мужчина, странно рассматривая меня, будто видя впервые.

— Эм… — удивилась вопросу, — а почему только сейчас уточняете? — спросила и тут же добавила: — Мне двадцать два.

— Хм… совсем ещё ребёнок, — задумчиво проговорил ректор, заталкивая в рот огромный кусок мяса.

Как только не подавился, я даже в начале испугалась, решив, что он по рассеянности забыл порезать его на кусочки. Но нет, прожевал как ни в чём не бывало.

— Ой ли, вы меня ненамного старше, чтобы говорить как старый дед, — отмахнулась, думая, что завтракать мясом, да ещё и вот такими кусками могут только мужики.

— Ну, в принципе, вы правы, — отозвался ректор, — сто двадцать для дракона — это не старость, самый расцвет, так сказать.

“Я мужчина в самом расцвете сил”, — вспомнила высказывание из мультика и постаралась осмыслить услышанное.

— Сколько? — ошарашенно переспросила: — Сто двадцать? — увидела кивок мужчины и добавила: — Ну тогда вам можно всё…

— Ммм?! — оживился ректор, быстро заработав челюстями. — Всё? Тогда — можно мне заполучить ваших бабочек и…

Он замолчал, а мне стало ужасно любопытно.

— И? — поторопила с продолжением.

Мужчина, который вроде как был ректором этой закрытой академии, драконом, аристократом и, по всем понятиям, очень солидным и уважаемым членом общества, воровато осмотрелся и тихонько прошептал:

— Давайте сорвём отбор невест, — в его серых глазах плескалось столько надежды, что мне стало его жалко.

Но поджав губы, я отрицательно покачала головой.

— Ну хотя бы бабочек? — состроил он умильную рожицу, сейчас напоминая больше шкодливого мальчишку, чем ректора целой академии.