Эльфийские песни

И ведь он наказывал их серьезно, не как нашкодивших детишек (у Лидэль был подобный опыт), а действительно как провинившихся солдат.

Да, не думал Лидэль, что его постоянное отсутствие приведет к подобному. А ведь девочки, и правда, любили старика и считали, что он во всем прав. Надо было с этим заканчивать. Эстель его поймет. Он на это надеялся. Хотя... она ведь все видела и обо всем знала. Если бы хотела — прекратила бы.

— Хороший я такой скандал устроил, прямо в стиле Линэль, — усмехнулся Лидэль, отворачиваясь от окна и садясь в кресло.

— Старик был в шоке. Эстель меня прибьет, да и генерал вряд ли забудет. Зато девчонки рады... Что ты опять улыбаешься?

— Мне нравится наблюдать за тем, как ты взрослеешь, Лидэль, и становишься замечательным отцом, — с улыбкой ответил Лоренс, чем вызвал у брата спазм лица. Но добил он его фразой: — Я оценил прически племянниц.

— Катись в Глубины, Лоренс. Ты знаешь, как сложно заплетать косички? Я разок попробовал, так Эстель убежал к тетке с криком "Мама, посмотри, что он наделал!"

Тирада Лидэля была прервана жутким грохотом.

— Мои, — со смехом постановил многодетный отец и поднялся с кресла.

***

Лидэль с обреченностью смертника посмотрел на колтуны в карамельных волосах. Он обычную-то косу не расплел бы, а этот ужас — и подавно.

— Пап, давай я, — с жалостью и снисхождением предложила Сивиэль. Лидэль молча протянул ей расческу, и она принялась расплетать старшую сестру.

Если бы девочки перед этим еще не обменялись выразительными взглядами, Лидэля, возможно, это так бы не задело. "Спасла" положения Селина, когда подошла и, положив свою головку ему на колени, попросила:

— Расскажи нам сказку.

И Лидэль завис, потому что в жизни никогда не читал и не знал ни одной сказки.

— Мама всегда нам рассказывала сказку на ночь.

Старшие дочки утвердительно кивнули: Санэль чуть не оставила на расческе клок своих волос.

— Ну это мама, девочки, а... у папы все сказки для взрослых...

Зря он это сказал. Очень зря.

— Пап, — Селина подняла на него свой по-детски проницательный взгляд и прямо спросила — в точности как ее мать: — Ты, правда, хочешь, чтобы я, Сани и Сиви были мальчиками?

Три пары глаз уставились на застывшего Лидэля, и тот очень ясно осознал, что нужно говорить правду. Взрослых можно обмануть, детей — никогда.