Хрустальная роза

— Да катись ты в Глубины со своим Лесом! — вскричала она, отшатываясь, когда он протянул к ней руки. — Думаешь, я благодарна за этот "дар"? Мне не нужен твой ребенок!

— Он и твой! Не смей так о нем говорить! — неожиданно вспылил Лоренс.

Ирэйна развернулась и бросилась с берега в лес. Ей сейчас не хотелось видеть ни это озеро, которым она еще вчера восхищалась, ни Лоренса, который еще вчера дарил ей бесконечное наслаждение. Додарился.

***

Эстель мерила шагами собственную спальню.

Она рано пришла вчера с бала: едва выйдя с балкона, она покинула зал. Перед этим пришлось испросить разрешение у королевы, как хозяйки, и ее взгляд мог уничтожить любого. Только воспитание и недюжинная выдержка позволили Эстель не потерять лицо и гордо удалиться из зала. Зато потом в своих покоях она в полной мере отдалась чувствам. Что на нее нашло?! Она целовалась с Лидэлем! И ей даже нравилось! С Лидэлем! С этим высокомерным наглым принцем! С этим... с этим...

Хотелось еще как-нибудь назвать Лидэля, но не получалось.

Скрипя сердцем, Эстель признала, что принц оказался совсем не таким негодяем, каким был еще года четыре назад. Да, он часто вел себя развязно и по-идиотски, но был совсем не таким... плохим? Он уже давно перестал оскорблять всех подряд, держался менее высокомерно, с Нейлином вообще едва ли не дружил! Да и братом оказался заботливым. Эстель знала это по рассказам Нейлина и Линэль, да и сама наблюдала совсем недавно. Он любил сестру, помогал и беспокоился о старшем брате, проводил время с младшим. Он даже дядей был заботливым, хотя с детьми дела не имел! Но с Наэвилем возился с удовольствием. И это сторона Лидэля, открывшаяся Эстель, не позволяла ей однозначно заклеймить его подлецом. Он ведь не был... не был плохим? Или он изменился? Интуиция подсказывала Эстель, что Лидэль все же изменился. Это было видно даже ей, не родственнице и не близкой знакомой. Но неужели это произошло из-за ее слов? Хотелось верить — это льстило самолюбию, — но было маловероятно. Скорее всего, на Лидэля повлияли жизненные трудности: его брат попал в плен, сестра вышла замуж и уехала, потом эта извечная война. Да, наверняка все так и было, а она тут ни при чем. И только тоненький голосок где-то внутри шепнул: "Но он ведь до сих пор любит тебя!" Она сама слышала его признание, и его любовь льстила ей еще больше. Даже не сама любовь, а то, что она так долго прожила. Он не изменил ей, хотя изменился сам.