Хранители цепи миров: срединный путь - Шемлад 2

– Прости меня, пожалуйста Чуй, ведь ты дорога мне.

Она прижалась к нему в ответ, и этот ответ был настоящим, честным.

– Хуф глупа, считая тебя ребёнком. Ты очень, очень взрослый, – дрожал её голос. Но она не озвучила чувств, вновь оставляя ему шанс уйти без последствий. Заботливая и умная.

– Мы не будем никого воскрешать. Я сторгуюсь с цоупура, вернусь в Оншван и не рискуя вами уйду из Шемлада.

– Могу я… – тихо проговорила она, тяжело дыша и продолжая горячо прижиматься к нему. – Присоединиться к вам с Аннет и быть полезной в поиске? Новые миры, знания, радуют и привлекают меня.

Надежда, анализ которой Владимир сразу отринул, взыграла в нём. Он всеми силами не думал, а лишь чувствовал тепло Чуйлуми. Но это было глупо и следовало сразу сказать «нет». Тем не менее, прямо сейчас, такая рана нанесённая ей, пугала больше, чем другая, что ждала Чуй в будущем...

Если он найдёт Сурифию, то что будет с Чуйлуми? Если бросит сейчас, так не найдя Сури, то лишится шанса на совместное будущее и с курносиком – вот что означала надежда смыслы которой Владимир отказался оформлять в мысли.

– Володя, тебе пора,– уверено прозвучала строгая учительница.

Словно облившись ледяной водой, его мышцы напряглись, он одумался и отстранился. Чуйлуми казалась злой, из-за того что её лицо пылало алыми красками, а брови были опасно нахмурены. Но он был уверен, что это совсем не злость.

– Понял, простите… – он опустил глаза, внутри всё сжималось и разжималось. – До завтра.

***

Когда Володя ушёл, все маски были сброшены. Чулуйми побежала к кровати и упав, зарылась в подушку, начав тихо рыдать. Переживая ликование от его признания и сокрушающую горечь от невозможности быть вместе, в её груди нарастала тупая боль.

Чуйлуми всё знала и понимала. Но он вывел её из сумрака недоверия, буквально вернул к жизни. Он тот, кто принял её странности и любовался ими.

Она даже наивно оставила множество намёков, на свою глубокие чувства к нему. Ведь в действительности не знала полноты их отношений с Сурифией. Лишь слышала, что они начали их. Но что, если бы она была первой, а Сурифия повстречалась Владимиру после? Из этой фантазии Чуйлуми, была готова кричать в восторге от его настойчивости. Но это была лишь фантазия. Именно Чуйлуми была второй.