Хранители цепи миров: срединный путь - Шемлад 2

«Ну зачем? Ну хватит для одного дня», – тревожно думал Владимир, уже представив блокпост бессмертных которые желали сохранить свой секрет или захватить его для подачи энергии.

– Первыми не атакуйте, я постараюсь поговорить, – обратился он ко всем.

– Оставьте эту заботу семье Цамцац-лу! Мы разберёмся с нахалами без лишнего насилия, – самодовольно заявила Рюцамира и потушила шарик света над головой.

Хуф хмыкнула, а Чуйлуми пристально посмотрела на Владимира.

– По двое у стен и четверо в центре, – произнесла она.

– Ага, цо! – подтвердила Сильцуми и выхватила короткие парные клинки.

– Убери оружие и выключи светляка, ца. Только почуяв угрозу, достанешь их, цо. – остановила её Рюцамира.

– Цо, прости Рю, – шарик света погас над ней.

Белки стали перецокиваться до едва различимых щелчков и отстранились на пару метров, скрывшись в тени. Поворот туннеля быстро приближался и свернув открыл лишь непроглядный проход.

«Вряд ли бессмертные, но точно засада… – Владимир взглянул на ряху Стремительной у себя над головой.

– Ца, – свет вспыхнул над Рюцамирой, – кто перегородил путь ремесленникам?! Цо, я почётный зельевар третьего ранга! Только попробуйте лишить нас товара, цо. Цо нас много, капути под боком, а стража после, поимеет вас во все карманы! – заявила она и осветила навыком ближайшего мужчину.

Крепкий, лысый семади лет тридцати по земному, прикрыл лицо от света. Фигуры позади него замялись. Одной из них оказался мейти-мужчина распустивший свои ушки-лапушки.

– Мы встречали друзей, – ответил главарь и ушёл с товарищами в сторону.

– Жалкие попрошайки, – презрительно пробормотала Хуф.

– Дайте мне поговорить с ним, – обратился Владимир к своей группе и направился к главарю другой.

Семадит устало сел на камень, отвернув взор.

– Что у вас случилось брат, зачем занимаетесь грабежом?

– Кто ты таков чтобы братом меня кличить, да вопросы спрашивать? – не громко, но резко ответил мужчина.

Встретив семадита и мейти, да ещё вместе, Владимир ощутил сильное желание помочь. И хотя сейчас было не до этого, это касалось важной проблемы в его личности. Потому он бескомпромиссно решил вмешаться.