Попаданец для Снежной королевы

– Милая, соскучилась по мне? – я встал, раскинув объятия.

– Убью, – прошипела она опять.

Потом бегло осмотрела меня и Азру и нахмурилась.

– И что здесь произошло? Я надеюсь, что вы дрались не друг с другом? – произнесла она, скрестив руки на груди.

Азра тоже встал, подойдя к нам.

– Нет, конечно. Я сам тут появился пять минут назад.

– А с кем и почему я дрался, говорить не буду. Такие грубые подробности не для милых дам. Поэтому давайте просто разойдемся по своим комнатам, – вновь попытался я.

– Ну, мне можешь не говорить, только когда об этом станет известно Аларке, отвечать будешь целиком и полностью сам, – кровожадно усмехнулась Веселина.

– Оу, ты ранила меня своим безразличием в самое сердце!

– Клоун!

– Не переживай, милая моя, – я потрепал Веселину по волосам, за что тут же получил по руке вместе со злым взглядом. – Никто ничего Аларке не расскажет. Мой оппонент умный парень, так что я думаю, сам поймет, что нам не стоит афишировать драку, потому что влетит обоим. Так что я просто пойду к себе, один, залечивать свои боевые раны.

Азра рассмеялся, глядя на мое лицо.

– Весь, сжалься, подлатай его, а? – попросил друг. – Он же из-за...

Но ощутимый тычок под ребра заставил друга замолчать, пока он не произнес роковые «из-за тебя подрался». Я не хотел, чтобы Веселина знала, что это именно я заставляю всех этих придурков прекращать распускать про нее эти слухи. Видите ли у главных красавчиков Академии появилось своего рода соревнование - кто же их них сможет растопить сердце Веселины.

– Из-за... что? – переспросила подозрительно голубоглазая.

– Из-за этих тяжелых ранений, не смогу сам дойти до комнаты, – театрально вздохнув, произнес я.

– Так с кем говоришь, ты подрался? – спросила она после паузы, внимательно глядя на меня.

– С воздухом, – тут же радостно отозвался я.

– Который мстит за уязвленное самолюбие? – внезапно усмехнулась она.

Улыбка сошла с моего лица, потому что я осознал, что она прекрасно все поняла. Черт. Ну да. Тот факт, что уже полгода все уроды, которые смеют хоть что-то плохое про нее говорить при мне, получают какие-нибудь незначительные увечья, видимо, не остался без ее внимания. Да, Веся далеко не глупая.

– Дурак, – произнесла она обреченно.