Невеста для хозяина

комплект?

– Комплект, – на этот раз задумалась «Машка». – Посмотрите сами.

Она чуть отодвинулась, и Людмила расценила это как приглашение. Она подошла – вернее, подковыляла – поближе – и заглянула в сундук.

Он был полон – и с первого взгляда было непонятно, что же там лежит. Со второго – тоже. И с третьего. Проще всего было покопаться в содержимом сундука самостоятельно, но воспользоваться руками Людмила не могла, это было выше её сил.

– То, что сверху... – сказала она, и «Машка» послушно достала льняное платье с вышивкой и длиной до пят.

Людмила чуть приободрилась, забрала платье у горничной и тут же натянула его на себя. Платье оказалось чуть великоватым, и бегать в нем было невозможно – но это была хоть какая-то одежда.

Дальше дело пошло быстрее. В сундуке нашлось всё, что нужно молодой женщине, чтобы чувствовать себя в относительном комфорте. Конечно, платьев Людмила не носила со школы, трусы были похожи на старомодные рейтузы, а лифчик... хорошо, хоть размер подошел. Ей даже туфли выдали – старомодные, с тупыми носами, на массивных каблуках; они хорошо сидели на ногах, но были безумно тяжелыми.

В целом Людмила была довольна, и даже сумела удивиться, когда на самом дне сундука обнаружилось вполне современное на вид пальто на больших перламутровых пуговицах с лисьим воротником. От него она категорически отказалась.

– Хозяйке нужно что-то ещё?

У Людмилы мелькнула мысль спросить эту девушку о том, где она находится, но она почему-то была уверена, что та не ответит.

– Нет, Машка... Идите... иди. Я позову, когда ты мне понадобишься.

«Машка» не обратила внимания на переход на «ты». Она повела головой и остановилась, уставившись красными глазницами в сторону Людмилы.

– Да, хозяйка. Я выйду из комнаты и буду стоять за дверью, чтобы услышать ваш зов, хозяйка.

Горничная немедленно направилась в сторону дверь – и действительно вышла из комнаты.

Людмила проводила её взглядом, и когда дверь за ней закрылась, облегченно вздохнула.

Она оглянулась – и решительно направилась к зеркалу. Этот предмет мебели был, пожалуй, ещё более интересным, чем сундук или кровать. Широкая резная рама со странным орнаментом, в котором Людмила обнаружила даже стилизованную свастику – но здесь этот элемент явно означал не приверженность запрещенной идеологии.