Игорь Карнич. Записки ведьмака

На Игоря такой малый ток не подействовал, хотя мог и убить нормального человека. А вольтметр, чья шкала имела предел измерения двести сорок вольт, тут же облил всё вокруг жёлтыми искрами. Патера подумал тогда, что ведьмак-идиот просто счастливчик, хотя и неудачник. Когда же идиот в преддверии Хеллоуина вызвался украшать университетское общежитие, Марио вооружился фотоаппаратом и отчаянно следил за каждым шагом Карнича, дабы уловить наиболее ценные кадры. Правда, всё шло не так гладко, как этого хотел Патера.

Игорь бездельничал до тридцатого октября, пока какой-то профессор не напомнил ему. И к утру следующего дня, на зло Марио, в каждом окошке сияли маленькие тыковки со свечками, даром, и того и другого у бабки хватало вдоволь. По всем этажам висели паучки и другая нечисть Тайваньского производства, а над парадной дверью красовалась огромная картонная ведьма на метле, точная копия Аннушки Карнич. О транспарантах с кровавыми надписями и говорить нечего! Всё было сделано по первому классу. Жаль, что никто не поверил, что это сделал Игорь в одиночку, и, тем более, что он в этом участвовал. Поэтому вместо благодарности Карнич получил только бесконечные упрёки. В отместку, он накидал по всем туалетам сырные палочки, после чего, пара-тройка крыс навела порядок в университете как раз на Хеллоуин. Недельная дезинфекция дала ведьмаку отдых и свободу творчества. Следивший за всем этим, Марио сделал для себя вывод, что не стоит связываться с Игорем. Но отдельные кадры всё же сохранил в укромном месте, до поры до времени. А творчество Карнича заключалось приблизительно в следующем: он брал кошку с собакой и, без помощи рук, конечно, сажал их на большой дуб в старой части Загреба, где народу поменьше, и наслаждался своей проницательностью и ценностью для этого мира. Садизм и глупость – скажите вы. Однако результат психотерапии по Карничу внушал уважения. Питбуль больше не трогал кошек, да и вообще стал добрее и ласковее щенка пуделя. Если бы это отражали фотографии Марио… В приличных изданиях Патеру послали своей дорогой, после чего, фото оказались на столе Сарима, как раз перед началом экзаменов. Хамич не особенно интересовался «творчеством» Игоря, а вот кадры из туалета, датированные тридцать первым октября, ему понравились. К тому времени он был в курсе отношений Игоря и Весны. И это был великолепный шанс без лишнего шума избавиться от ненавистного студента, ведь одного желания ректора было не достаточно.