Избранная Луной

После суда, где я был главным свидетелем, бывший работодатель пообещал мне скорое возвращение на родину. По частям…

— Ого! — поразилась я. Папаша морального чудовища быстро нашел крайнего. — Теперь ты скрываешься здесь?

— Поначалу так и было. Хемминг познакомил меня с Вольским, одним из немногих, кто не боялся моего врага. А год назад на нарушении закона Полуночи попался и мой бывший работодатель, но я все равно остался в вашей стране.

Я не стала спрашивать причину.

— Не скучаешь по родине?

— Нет.

— А по работе в большом ресторане? У проклятчика ведь не раскроешь полностью свои таланты?

Ким удивился:

— Почему это? Наоборот, я не готовлю дежурные блюда, каждый раз я творю, создавая и экспериментируя. Последнее в меру, конечно, — по-доброму улыбнулся он. — Ребенка все-таки кормлю.

Мне хотелось спросить, кто он, но чудом сдержалась. Не время для любопытства.

— Предлагаю тост за открытость, — поставила жирную точку в откровениях повара Лиза.

Вино из азалии немного вскружило голову, а ведь показалось, что некрепкое. Неужели при его изготовлении использовали магию? Надеюсь, что нет, иначе и меня развезет, как обычного человека!

— Ну а я скрываюсь до сих пор, — решительно призналась экономка. — От вампиров.

— Почему здесь? Когда полным-полно центров помощи жертвам? Ближайший, к примеру, при ночном клубе «Ультрафиолет», его владелец — Николаев, мой знакомый. Он всегда готов помочь таким, как ты.

— Нет, Миамина, таким, как я, он не поможет, — грустно возразила экономка.

— Стальному? — машинально уточнила я.

Впервые встречаю человека, который честно признался, что без принуждения согласился принадлежать вампиру. По рассказам Ника, все вопят, что их загипнотизировали, обманули, заставили подписать договор. А Лиза в этом плане оказалась честной. Удивительно.

Экономка, налив себе бокал, вмиг осушила его безо всякого тоста.

— А какому еще? Нет, не совсем ему, разумеется, а одному из телохранителей его провидицы. Такой мерзавец достался мне в хозяева… — Лиза поморщилась. — Любитель ножей и скальпелей.

— Сочувствую, жаль, что ты ошиблась с выбором.

— Да не было никакого выбора, — отмахнулась она. — Когда в двадцать у тебя проблемы с кровью, хватаешься за любую возможность выжить. Вот я и согласилась на донорство и служение за исцеление.