Университет драконологии. Книга третья. Сила крови

Прикорнула на самом краешке противоположного края кровати, на всякий случай крепко замотавшись в одеяло. Закрыла глаза — и сама не заметила, как соскользнула в крепкий сон. Хвала всем богам — на этот раз без кошмаров.

Мне показалось, что прошло всего несколько минут. Вроде бы, только что я положила голову на подушку. Как вдруг кто-то выдернул подушку из-под меня и ударил ею по голове.

— Отвечай быстро и не задумываясь! — послышалось грозное. — Константа перехода одного вида энергии в другой?

— Две целых и сто двадцать пять тысячных, — буркнула я машинально.

— Константа сопротивления магического поля?

— Э-э-э… — замялась я. Честно призналась: — Не помню.

И тут же получила новый удар подушкой.

— Вэлнар, ты с ума сошел? — возмутилась я, немного придя в себя после столь резкого пробуждения. — Оставь меня в покое!

Открыла глаза и увидела, что Вэлнар сидит прямо на мне. Благо, что все в тех же свободных штанах, а я по-прежнему лежу под одеялом. Попыталась отобрать у него подушку, но получила еще один увесистый удар по лбу.

— Константа сопротивления магического поля? — повторил он вопрос и замер, взяв подушку наизготовку.

Я издала душераздирающий стон. Помотала головой, прогоняя остатки сна.

— Вэлнар, это жестоко! — проныла я. — Я только что проснулась. Ай!

И еще один удар мне по голове.

— Константа, Амара, — сурово напомнил Вэлнар. — Экзамен по теоретической магии у тебя второй, сразу после экзамена по артефактологии. И, предупреждаю заранее и честно, принимать его у тебя я буду гораздо строже, чем у других.

— Но почему? — немедленно возмутилась я. — Вообще-то, это несправедливо! Ты должен быть беспристрастен ко всем студентам!

— Должен, но к тебе я пристрастен, — парировал Вэлнар. — Очень пристрастен. Поэтому спрашивать буду в стократ строже. Готовься!

— Да ты издеваешься, должно быть! — ужаснулась я. — Почему?!

— Потому, — хладнокровно и очень лаконично ответил Вэлнар. Поудобнее перехватил подушку. И очень строго спросил: — Так какая же константа сопротивления?

— Я не помню! — взвизгнула я.

Светлые глаза лорда черных драконов полыхнули раздражением. Он замахнулся как следует, и я вдруг выпалила, достав это проклятое значение из самых глубин моей памяти:

— Четыре целых и две десятых!

Ойкнула, все-таки заполучив новый удар по лбу. Да такой, что в голове немного зашумело.

— За что? — провыла обиженно.

— Четыре целых и двадцать одна сотая, — невозмутимо исправил меня Вэлнар.