Тьма и свет: возвращение к истокам

Тьма и свет: возвращение к истокам

Михаил и Даря Миир

Что? Где? Когда?

— Проснитесь и пойте, госпожа Эврил, проснитесь и пойте, — раздался монотонный мужской голос в голове.

— Отстань! — возмутилась, переворачиваясь на другой бок и укутываясь в теплое одеяло.

— Никто не заслуживает отдыха больше вашего, — продолжал кто-то бубнить, — так проснитесь же, госпожа Эврил, проснитесь! Вас снова ждут великие дела.

— Дела подождут еще пять минуточек.

— Какие еще пять минуточек! — внезапно взвизгнул голос, теряя спокойствие, — Ты больше тысячи лет спишь!

— Какие еще тысячу лет, Лоа… — протянула я, и внезапно села в постели, ошарашенная мыслью.

Лоа? А кто это? И почему меня зовут Эврил?

Кое-как разлепив глаза поняла, что оказалась в незнакомой комнате. Хотя, судя по неразберихе в голове, для меня даже моя личность оказалась таинственной. Как бы ни пыталась напрячь память — подробности моей жизни ускользали, при этом, словно издевательски насмехаясь. Было ощущение, что они рядом, но стоит попробовать дотянуться — тут же становились недостижимыми.

Ладно, одно поняла точно — мое имя Эврил. Тогда вопрос в том, кто же такой Лоа? И как назло, этот странный будильник резко замолчал. Как бы я не пыталась до него дозваться — никакого отклика не обнаружилось.

Что ж, разберемся по ходу дела. Сперва, нужно понять, где же я нахожусь. Пленницей точно не являюсь, по крайней мере не закована, не парализована и интуиция помалкивала на тему опасности. А вот то, что своей чуйке могу доверять, почему-то не подвергается сомнениям.

Видимо, отголоски личности все же остались в моей многострадальной головушке.

Осмотревшись вокруг осознала, что сижу на огромной кровати, стоящей посередине просторной комнаты. Обстановка была довольно богатой, но строгой, что не могло не радовать. В голове мелькнуло, что аляпистость и яркость не люблю, а значит, изначально можно поставить плюсик хозяину, который поместил меня в столь приятное помещение, оформленное пусть слегка и мрачновато, но, в целом, уютненько.

Синие стены не делали комнату темной благодаря голубым занавескам, которые прикрывали окно с левой стороны от кровати. Рядом стоял массивный деревянный стол и мягкий стул, обитый синим бархатом под цвет комнаты. В углу напротив располагался шкаф, рядом с которым была дверь. Судя по всему — именно она могла меня вывести наружу.

С правой стороны обнаружился трельяж с множеством полочек и огромными зеркалами. Возле него другая дверь.