(Не)истинная для Повелителя

Когда художник в назначенный день пришел писать портрет так скоротечно взошедшего на престол правителя, рыжая гостья дворца была на его руках, довольно выгибая спинку для очередной ласки.

Она проводила в его руках большую часть своих дней, а затем и месяцев, что с легкой руки госпожи Времени превращались в годы…

Такая верность стала объектом как восхищения, так и усмешек среди придворных. Но маленький мальчик внутри взрослого мужчины был доволен. Поэтому пошел на авантюру, усмехнувшись тому, как острые зубки аккуратно вцепились в его палец, еще в тот самый день, когда пришло время увековечить свой монарший образ для потомков.

Портрет Амона Янара, правителя королевства ирлингов, войдет в историю, как самый обсуждаемый. И спустя десятилетия, никто не может пройти мимо висевшей в главном зале картины и не отметить, с какой бережностью монарх держит вальяжно развалившуюся в его руках лису.

Кто-то отмечал, что глаза рыжей захватчицы сердца Правителя уж слишком хитро блестят.

И все же, это сослужило некую службу Амону: народ стал больше доверять, пусть еще молодому для их расы, но Правителю, способному на милосердные поступки в отношении слабых и беззащитных перед волею судьбы.

Много тревог и переживаний принес молодой монарх в первые годы своей службы народу. Одно дело – животинку болезную спасти и кров ей дать, а другое… Не успели подданные привыкнуть к постоянной мохнатой рыжей спутнице Янара, как тот решил пощадить предателя-брата и навсегда оставить его в тюрьме.

Сердце Амона дрогнуло.

Изо дня в день он смотрел на смешно копошащееся у себя под боком существо с темными глазами-бусинами. Как животина прижимается к нему доверчиво, как тычется носом в его кожу и, мужчина был готов поклясться, блаженно вздыхает, втягивая запах ирлинга.

Может быть такое, что маленькая мохнатая лиса, размером с варежку, была знаком от богов? И если он спас ее жизнь, то должен спасти и жизнь брата, что сделал неправильный выбор? Роковой, беспощадный, злой выбор, но Хирон оставался кровным братом Янара, вовсе не стремящегося занять престол, но, в итоге, ставшего во главе королевства.