(Не)истинная для Повелителя

Но он был верен своей хвостатой женщине и боялся потерять ее не меньше.

– Эль, наконец-то… – так же облегченно выдохнул он, сжимая ее в своих объятиях, закрывая глаза и забывая о том, что они стоят посреди многолюдной площади.

Плевать. На всё. Есть только они и эта секунда. Такая яркая, такая счастливая. Она останется в памяти обоих, будет нанизана, как драгоценная бусина в ожерелье самых чудесных мгновений их жизни.

Даат удержится, не поцелует. Потянет в танец, будет смеяться вместе со своей лисой, любоваться ею, а когда стемнеет, он спрячет ее ото всех, не позволит никому стать частью того ценного и важного, что объединяло их сердца.

Видение закончилось так же внезапно, как и началось. Руна просто открыла глаза, встретив привычный светлый потолок. Но вместо обычного вдоха она услышала всхлип. Свой. По вискам стекали крупные слезы, а в душе, казалось, образовалась дыра. Чудилось, будто в это мгновение она потеряла что-то столь важное, что не имела право упускать ни при каких обстоятельствах.

Собрав кончиками пальцев слезинки, она задумчиво слизнула их и напряглась. На языке расцветал вкус потерянной любви…

Глава 5. Что готовит день грядущий? Ясно что – благодатную почву для шалостей. А если шалить больше не хочется?

– Что с докладом ивори Натаниэля? – задумчиво пощипывая кожу на подбородке, спросил Амон у друга.

Большой совет только подошел к концу, всех уже распустили, и теперь стоило подвести итоги.

А еще необходимо было решать насущные вопросы, чем и занимался Правитель королевства ирлингов.

Я все сделал правильно, уговаривал он себя. Ребенок нуждается в воспитании, и если ее поведение выходит за рамки нормы – это Амона, и только его вина.

Но что же заставило девочку быть такой грубой? Нет, Варежка далеко не подарок, как бы она не пыталась им казаться время от времени. Но, небеса, ему казалось, он что-то упускает.

Руне не пять лет, она не глупа, и не так капризна, как кажется многим во дворце. У нее особое мышление, своя логика и жизненная позиция. Она имеет на нее право, да он сам прививал ей ценность личности, а не потакание шаблонам общества, в конце концов!

Он ценил ее особенную сущность, и вовсе не хотел, чтобы она стала такой, как ирлинги. Она была кицунэ. Точка.

– …и ты должен сто раз подумать, прежде чем решить, на какие жертвы ты готов пойти ради такого союза.