Муза для ректора или Рабыня из Аура

Я же раба, со мной можно делать все, что угодно, я права?

– А что же тогда важно? – я пытался сдержаться, но гнев во мне распалялся все больше. Она считает себя рабой, но позволяет разговаривать со мной в таком тоне?! Нужно поставить ее на место!

– Важно то, что, если ты искренне считаешь, что немаги должны учиться в Академии, ты должен кричать об этом на каждом углу, доказывать это каждому, кто будет выступать против. Потому что это твоя идея, ты считаешь ее правильной, и должен доносить ее до других. Иначе ничего не получится.

– Молчать! – взревел я, дернул ее за руку и развернул к себе. Знал, что в глазах сверкает огонь магии, я еле ее сдерживал. Знал, что она это видит. Любая другая на ее месте упала бы в обморок, вопила или грохнулась на колени, прося прощения. Эта же смотрела мне с вызовом прямо в глаза.

– Я могу замолчать и неделю не проронить ни слова, – как она может оставаться такой спокойной?? – но от этого мое мнение не изменится.

Крис выдернула свою руку из моей и пошла по направлению к замку.

– Ты сейчас же остановишься и выслушаешь то, что я тебе скажу!

Я ясно ощущал огонь в моих руках, магия рвалась наружу, от этого голос прозвучал хрипло, будто рык разъяренного цербера. Я сам испугался своего голоса. Но она продолжала невозмутимо двигаться вперед. Даже с шага не сбилась.

– Ты ведешь себя, будто не ты в моем подчинения, а я твоя служанка!

– Ваша идея была притащить меня сюда. Отправили бы обратно, было бы меньше хлопот.

– Я могу тебя отправить обратно только через сто лет!

– Тогда я вам не завидую.

В дальнем углу сада появилась служанка с корзиной яблок. Она остановилась, испуганно глядя на нас. Крис это нисколько не смущало, а вот мой авторитет падал на глазах.

– Вармалаи! – выкрикнул я, и магия вылилась из меня бурным фонтаном искр.

Трава на расстоянии ста метров была сожжена, платье Крис был опалено. Она замерла и с испугом смотрела на меня. Я подошел близко, навис над ней и заглянул прямо в глаза. В них больше не было вызова и смелости. Только неподдельный страх, нарастающий с каждой секундой.

– Ты! Будешь! Слушать! Меня!

Она судорожно сглотнула и кивнула.

– Да, господин.