Дар Риктора

Через месяц увидишь, как они принесут много гусят.

Едва женщина ушла, как к нему подошёл Роскан, и попросил объяснить этот непонятный совет.

— Всё очень просто. Обойдя двор, я увидел гусей её соседей. Старые гуси у них серые, а молодые — белые. А так ведь не бывает. Значит, они из года в год воровали насиженные яйца у соседских гусей, подкладывая в них свои, свежие. Поэтому гуси и сидели два срока. И пропадали гусята по той же причине. А в заколоченный сарай вору хода нет, будет много шума.

— Ну, это понял. А у самих вороватых соседей почему гуси не водятся? Ведь гуси есть, яйца нанесли, раз кладку в гнёздах подменяют.

— Откуда я знаю? Может, потому что воруют? От ворованного никогда пользы нет. Как легко пришло, так легко и ушло. Слышал такое?

— Слышал, — согласился изгой с его доводами.

Наблюдая за Варгашем, он удивлялся, как всё на самом деле просто, нужно лишь понять суть вещей.

И вдруг Роскан побледнел — в дом вошёл сам Смарагд со своей женой Зариной.

— Здравствуй, маг. Говорят, ты лечишь от всех болезней? Помоги и нам — мы щедро заплатим. У нас с женой одна беда — нет детей. Давай поступим так — ты излечиваешь её от бесплодия, и если через год у нас рождается сын, я дам тебе за него в десять раз большую сумму, чем дам сейчас. Идёт?

— О, конечно, я помогу вам.

Роскана трясло, - его охватила ужасная паника. Зубы мелко щёлкали, как при сильнейшем ознобе, а пот заливал глаза.

Гости вышли, и Варгаш обратил внимание на побледневшего Роскана:

— Что с тобой? Ты выглядишь встревоженным. Неужели пришёл твой горшечник?

— Да, это он, и я боюсь, как бы он не узнал меня, — взволновано ответил парень.

— Хорошо, тогда перед их возвращением уйдёшь в другую комнату. Их историю я знаю, поэтому не будем тратить на это время. Просто посоветуй, как легче украсть его золото?

— Даже не знаю, чем могу тебе помочь. Я ни разу не видел, где он хранит свою выручку. Попробуй дать ему сонного зелья, а когда они уйдут, обыщешь их дом.

— Легко сказать. Золото в доме может быть где угодно, даже зарыто в погребе. Но я уже придумал, как нам быть.