Половина моей души

– Пока я склонен согласиться с Его Высочеством: сегодня ваша помощь оказалась неоценимой.

Вновь воцарилось молчание, разбавляемое периодическими завываниями волков и хрустом ломаемых веток – хозяйка стаи, очевидно, тоже ошивалась поблизости в надежде, что мои силы закончатся раньше, нежели наступит утро.

Мой взгляд то и дело против воли возвращался к окровавленной щеке Бэкмора, наспех перевязанной бинтами. Рана была, судя по всему, не очень серьёзной, но явно доставляла мужчине сильный дискомфорт.

– Вы позволите мне посмотреть? – не удержавшись, спросила я, кивком указав на рану.

– Зачем? – тут же насторожился Бэкмор.

– Я немного разбираюсь в лекарском деле, – заметила я. – Могу помочь вам в исцелении.

Бэкмор нахмурился, обдумывая моё предложение. Ни я, ни Орсэй его не торопили.

– Хорошо, – наконец, согласился рыцарь и принялся ловко освобождать голову от повязки. – Ваше Высочество, я ведь могу доверить своё лицо госпоже Дэйрэ?

– Я ни разу не видел её целительских навыков, – честно ответил принц.

Эти слова наполнили моё сердце теплом. Благодарно улыбнувшись принцу, я подошла к Бэкмору и положила ладонь на его пострадавшую щёку, которую пересекали четыре глубокие борозды, одна из которых лишь чудом не задела глаз.

– Расслабьтесь, – попросила я. – Будет немного щипать.

Сконцентрировав немного магии в ладони, я выпустила её наружу, как делала много раз до этого, залечивая разбитые коленки детворе в деревне.

На весь процесс лечения у меня ушло меньше минуты.

– Вот и всё, – улыбнувшись, резюмировала я. – Так ведь намного лучше?

Бэкмор растеряно моргнул, а затем осторожно коснулся щеки, чтобы удостовериться, что от раны действительно не осталось и следа.

– Благодарю, – с какой-то странной интонацией, которую мне не удалось идентифицировать, проговорил рыцарь.

– Не за что, – отмахнулась я. – Вот если бы вы лишились глаза – тут бы я была бессильна. Мои таланты распространяются только на мелкие раны, вроде ссадин, царапин и порезов. Что-то глобальное исцелить мне не под силу.

Вскоре Орсэй, несмотря на свои громкие заявления, начал клевать носом, а затем и вовсе заснул, свернувшись трогательным калачиком на своём одеяле. Это было вполне ожидаемо.