Марой и хранители

– Чокнулся, малыш?

– На себя посмотри, – послышалось за медленно закрываемой дверью.

Он плюнул, не собираясь следить за придурковатым северянином, вечно имеющим у себя нечто странное на уме. Снял влажную одежду, ополоснулся холодной водой над лоханью и оделся в сухое.

Живот к тому времени крутило от голода – сходил в кухню, нашёл кусок от колбасного круга и хлеб, взял с собой, вернулся на второй этаж. Дверь в комнату отца, где оставили раненого, была по-прежнему приоткрыта. Заглянул внутрь – северянина не наблюдалось.

В неглубокой купальне, затянутой молочным паром, сидел, позёвывая, Рене и наслаждался горячей водой, которая стала причиной белой пелены, заволокшей пол-этажа.

– Нихром себе…– прекращая жевать, Арман уставился на северянина. – Как?!

– Полрезерва сбросил, чтоб не мешал восстановлению… Э! – увидев, что Арман раздевается, сжался.

– Колбасу с хлебом будешь?

-----------------------------------------------

[1]Садка – покрытие жеребцом кобылы.

[2]«Clif-far-r» - ум-ни-ца (др. люм.)

Глава 7. Чёрный Некромант

Я – части часть, которая была

Когда-то всем и свет произвела.

Свет этот – порожденье тьмы ночной

И отнял место у неё самой.

Он с ней не сладит, как бы ни хотел.

Его удел – поверхность твёрдых тел.

Он к ним прикован, связан с их судьбой,

Лишь с помощью их может быть собой,

И есть надежда, что, когда тела

Разрушатся, сгорит и он дотла.

И. Гёте «Фауст» (1ч. )

Перевод Б.Пастернака

Когда один из его подопечных, Вестник, послал зов о помощи (второй раз за последние три года), он отменил запланированную важную шутку над инквизиторами и помчался наказывать наглеца, собравшегося снова обмануть гаранта сделки, а фактически – его, создателя бездушных сущностей, Чёрного Некроманта.

В памяти был свеж случай с хитроумным люмерянином, сколотившим себе состояние благодаря находчивости. Тот загадал заведомо невыполнимое желание в обмен на услугу по договору Вестника, и в результате выторговал себе целых три желания вместо одного. Некромант тогда посмеялся, ибо наглых и умных уважал, но слишком быстро повторился похожий случай. Или пройдоха слил секрет, или нашёлся второй умный, тогда тем более стоило на него посмотреть.