Марой и хранители

А это что?.. Почему эта сфера темнее, чем остальные? – Рене засыпал вопросами скучающего продавца. – А лумерских инструментов у вас нет?

– В соседней зале, сир, – лавочник кивнул на плотную занавеску, и Рене исчез за ней, чтобы издать через мгновение вопль восторга. За ним послышались звуки, похожие на барабанные биты. – Вы интересуетесь лумерскими инструментами, сир?

Лавочник покосился на явного слугу с обезображенным лицом, который стоял у входа со сложенными на груди руками:

– Не желаете присоединиться к нам? – и отправился к потенциальному покупателю.

Рене рассматривал подобие барабанов, только без палочек; духовые инструменты, один из которых напомнил саксофон – перебрал всё, оставляя на сладкое самое вожделенное – таннау, люмерийскую сестру гитары.

– Попробуйте для начала фолк, сир, он проще, – посоветовал продавец, протягивая инструмент, похожий на укулеле.

Юноша, брынькая по струнам и пытаясь приспособиться к короткому грифу, улыбнулся, растягивая рот до ушей.

А ведь угадал! Конюх Хальц играл на фолке, который Рене не успел посмотреть. Что ж, это добро можно будет подержать в руках и «дома». Вернул с объяснением продавцу и жадно воззрился на таннау – родственницу земной гитары.

– Вы можете присесть здесь, сир, и познакомиться с инструментом. Самая чёрная душа слёзно поёт Владычице, когда слышит прекрасное таннау! – игнорируя неопытный перебор на шестнадцати струнах, продавец изобразил восхищение.

– Тихо! – попросил его юноша, прикрыв глаза и ставя пальцы на лады, будто припоминая, как на них играют. Прошёлся по струнам, прислушиваясь к люмерийской гамме звуков.

Вдруг слева, за занавеской, раздались фальшивые звуки вальса и знакомый смех. Продавец оставил Рене и его слугу, торопясь спасти ценное добро.

К моменту появления Армана и Антуана в тесной комнате получилось наиграть три-четыре знакомых аккорда. Таннау звучал похоже на акустическую гитару, немного нежнее из-за большого количества тонких струн и узкого корпуса.

Доведись «познакомиться» с этой умницей как следует, подумал Рене, он бы точно научился, опыт наблюдения за игрой Машиной мамы не прошёл бы даром.

– Ого, где ты спрятался! – протиснувшись между Вернером и стойками с инструментами, в обнимку с фолиантом, возник Антуан. За ним – голова и плечи Армана из-за занавески. – Зачем тебе это мучение? На сфере проще играть.