Марой и хранители

Рене невольно схватился за рукоять ллафина: не по себе стало от одной мысли, если тот пропадёт:

– Я… не могу! Как я отдам?..

– Тише! – сквозь зубы процедил Анри, одёргивая северянина и показывая глазами куда-то за спину. – Меньше болтай… Пошли!

– Хорошо, я сейчас, – упавшим голосом произнёс Рене.

Ленуар ушёл в сторону зала заседаний, не дожидаясь огорчённого Мароя, который утром решил покрасоваться с ллафином в столице и взял с собой дорогой подарок. Рене вздохнул, разом дурное предчувствие испортило настроение, без того державшееся на одном самоубеждении.

Ещё раз окинул взглядом фреску и повернулся, будто бы рассматривая остальное убранство, а на самом деле – глянуть, на кого показал глазами Анри.

На одном из канапе сидел мужчина лет шестидесяти, до этого, очевидно, читавший новостные листы. В тот момент, когда юноша мазнул по нему взглядом, незнакомец улыбался, складывая листы.

– Может быть, я смогу ответить на ваши вопросы, юный сир? – спросил он добродушно.

– Благодарю, я, наверное, пойду, мой товарищ прав, – Рене сделал лёгкий поклон и собрался уйти, но мужчина протянул руку с нанизанными на них двумя кольцами:

– Помогите мне подняться, сделайте одолжение.

Пришлось подойти. Только теперь бросилась в глаза трость с зелёным набалдашником, прислонённая к канапе.

– Колени замучили, лечения хватает ровно на полгода, а потом – по новой, – извинился за свою немощь мужчина. Найдя удобную точку опоры, он выпрямился, показывая свою статность. – Я тоже иду на заседание, составьте мне компанию, будьте любезны.

Профессор Шэдоу.

Он кивнул головой, не протягивая руку для рукопожатия, – как это обычно делают маги, знакомясь друг с другом. Перездоровавшийся со всеми в лабасском окружении Рене поймал себя на мысли, что забыл об этом правиле, потому что в ответ протянул руку и опустил её, краснея от неловкости. У двери его ждал Вернер, гипнотизируя недовольным взглядом.

– Рене Марой. Вам нужна моя помощь?

– О, нет, благодарю. Теперь у меня есть трость, – улыбнулся профессор.

Кивнул на картину, висящую на стене, противоположную той, что была украшена фреской. Здесь был изображён король, сидящий на троне. Беловолосый, седобородый, но с молодым ясным взглядом. Если проследить за его направлением, можно было проложить прямую линию к Владычице на другой стороне холла. – Хотите узнать, кто это?

Юноша предположил:

– Это Роланд Третий?

– О нет, юный сир, это просто символ королевской власти.